Том 29, № 1 (2026)

Введение. Работа посвящена разработке и представлению подхода к определению концентрации иммунобиологического препарата нового поколения – вакцины VLP (Virus Like Particles) инновационным методом, основанным на кинетике диффузного отражения в условиях оптически мутных сред. Разработка новых вакцин в значительной степени зависит от доступности аналитических методов для их проектирования и оценки, следовательно, актуальность исследования обусловлена необходимостью внедрения в медицину неразрушающих и экспрессных методов фармацевтического анализа.

Цель исследования – разработка нового аналитического решения для количественного определения вакцины на основе вирусоподобных частиц VLP нового поколения, исходя из кинетики диффузного отражения света в оптически неоднородной среде.

Материал и методы. Объектом исследования выступил образец вакцины на основе вирусоподобных частиц для профилактики ротавирусной инфекции – эмульсия, приготовленная по типу «масло в воде» для внутримышечного введения; 1 флакон – 1 доза (160 мкг, 0,5 мл/доза) с добавлением адьюванта наноэмульгированного сквалена (Sepivac SWE). Бычий сывороточный альбумин – лиофилизированный порошок 98% (БИОЛАЙТ, Санкт-Петербург) служил модельным белковым объектом. Для получения электронных спектров использовали спектрофотометр Agilent Cary 60; распределение частиц размером от 0,1 до 10000 нм определяли на спектрометре динамического рассеяния света (ДРС) ZetasizerNano ZS (MALVERN Instruments, Malvern, UK). Для определения концентрации вакцины применяли инновационный подход, основанный на диффузном фотовозбуждении вторичных волн от центров рассеяния света в исследуемых белковых препаратах с последующей хемометрической обработкой кинетических картин на основе диффузного отражения с помощью топологических дескрипторов.

Результаты. Зависимость «топологический дескриптор – концентрация белка» является прямо пропорциональной, демонстрирующей стабильность значений в рамках внутрилабораторной воспроизводимости, что позволило определить концентрацию белка в готовом препарате вакцины Гам-VLP-рота неразрушающим способом.

Выводы. Полученные результаты могут быть полезны для фармацевтической химии, иммунобиологии, биомедицины на этапе разработки и контроля качества вакцин, иммунных сывороток и глобулинов в качестве доступного, экспрессного метода количественного определения белка в мутных средах.

Введение. В литературе отсутствуют данные по составу эфирного масла, жирных кислот, а также макро- и микроэлементов у Artemisia commutatа Bess. — вида, распространённого в Сибири и европейской части России. Данный вид представляет собой травянистое растение, как большинство представителей семейства сложноцветных (Asteraceae).

Цель исследования – химический анализ надземной части Artemisia commutata.

Материал и методы. Надземная часть A. commutata собрана в Республике Бурятия (Хоринский район, фаза цветения, 2022 г.). Состав эфирного масла и липидной фракции определяли методом газо-хромато-масс-спектрометрии после проведения соответствующей пробоподготовки. Элементный анализ проводили методом атомно-абсорбционной спектрометрии.

Результаты. В компонентном составе эфирного масла, выделенного методом гидродистилляции из надземной части A. commutata, основными являются капиллен (29,30%), метилэвгенол (23,33%), спатуленол (14,90%), бензилдиацетилен (8,81%), кариофиллен оксид (5,25%), метилхавикол (4,36%), ar-куркумен (1,56%), капиллин (1,40%), элемицин (0,93%). В липидной фракции содержатся высшие жирные кислоты, основными из которых являются ненасыщенные – олеиновая (7,67%), линолевая (35,75%), линоленовая (4,85%) и насыщенные высшие жирные кислоты – пальмитиновая (35,42%), стеариновая (6,41%), эйкозановая (5,37%), генейкозановая (7,53%). Элементный анализ показал наличие макроэлементов – калия, натрия, кальция, магния и микроэлементов – железа, марганца, цинка, меди, хрома.

Выводы. Впервые для A. commutata проведен анализ компонентного состава эфирного масла, жирных кислот, макро- и микроэлементов. В эфирном масле обнаружен 61 компонент, большая часть приходится на капиллен (29,30%), метилэвгенол (23,33%) и спатуленол (14,90%). Жирнокислотный состав представлен олеиновой, линолевой, линоленовой, пальмитиновой, стеариновой, эйкозановой, генейкозановой кислотами. Обнаружены макроэлементы (калий, натрий, кальций, магний), а также микроэлементы (железо, марганец, цинк, медь, хром). На основании полученных данных можно предположить, что биологически активные вещества в растении, могут проявлять противовоспалительную, антиоксидантную, фунгистатическую, антибактериальную, противоопухолевую активность.

Введение. Тимол и карвакрол, относящиеся к классу ароматических монотерпенов, являются основными биологически активными компонентами эфирного масла травы тимьяна ползучего (чабреца) (Thymus serpyllum L.). Жидкий экстракт тимьяна ползучего, стандартизуется по содержанию тимола, определяемого методом газовой хроматографии или ВЭЖХ. В то же время трава чабреца российской фармакопеей не стандартизуется по содержанию эфирного масла. Дополнение стандартизации травы тимьяна ползучего определением эфирного масла и суммы фенольных компонентов в нем позволит проводить сквозную стандартизации сырья и препаратов по основным действующим веществам – тимолу и карвакролу.

Цель исследования – валидационная оценка спектрофотометрической методики определения суммы ароматических соединений в пересчете на тимол в эфирном масле травы тимьяна ползучего.

Материал и методы. В работе использовали спектрофотометр UNICO 2802 (Россия), весы аналитические АДВ-200М (Россия), субстанцию тимола с содержанием основного вещества 99,9% (Fluka, Германия), траву тимьяна ползучего, заготовленную в ботаническом саду Казанского государственного медицинского университета в 2023 году. Субстанцию тимола использовали для приготовления стандартных растворов и в методе добавок. Оптическую плотность растворов измеряли при длине волны 277 нм в кюветах с толщиной слоя 10 мм.

Результаты. Валидирована спектрофотометрическая методика определения суммы ароматических соединений в пересчете на тимол в эфирном масле тимьяна ползучего. Валидация представленной методики, проведенная в соответствии с требованиями ОФС.1.1.0012 «Валидация аналитических методик» Государственной фармакопеи XV издания, показала её специфичность, линейность в диапазоне от 22,4 до 41,7 мкг/мл (r = 0,9998), прецизионность и правильность. Результаты не отягощены систематической погрешностью. Относительное стандартное отклонение (RSD) не превышает 2,0%.

Выводы. Разработанная методика количественного определения суммы ароматических соединений в пересчете на тимол может быть использована для стандартизации как самой травы тимьяна ползучего, так и эфирного масла, полученного из нее.

В лечении болезни Паркинсона (БП) достигнут огромный прогресс. Гетерогенность механизмов заболевания, изменчивость симптомов и их прогрессирование являются основными причинами сложности фармакотерапии БП. Благодаря достижениям экспериментальной терапии появляется множество перспективных методов лечения, что позволяет добиться стабилизации состояния и уменьшить выраженность моторных расстройств, а также предотвратить прогрессирование дегенерации головного мозга и сохранить когнитивную функцию пациентов. В настоящее время применяются препараты на основе дофамина, такие как леводопа и агонисты дофамина, а также препараты, воздействующие на другие нейромедиаторные системы, – ингибиторы МАО-Б и КОМТ. Разрабатываются новые методы лечения, направленные на уменьшение нейровоспаления, в том числе нейропротективная терапия (сфокусированная на митохондриях и окислительном стрессе). Развиваются инновационные подходы: иммунизация против альфа-синуклеина, клеточная и генная терапия для доставки глиального нейротрофического фактора, а также трансплантация стволовых клеток. Поиск новых терапевтических мишеней и персонализированное лечение остаются ключевыми задачами в борьбе с этим заболеванием.

Введение. Тяжёлые формы COVID-19 пневмонии ассоциированы с гипоксией, усиливающей воспаление и нарушения гемостаза. Центральную роль в ответе на гипоксические условия играет HIF-1α, который перепрограммирует метаболизм, ингибируя цикл трикарбоновых кислот и стимулируя выработку лактата, что приводит к накоплению ацетил-КоА и активации CRAT. Парадоксально, HIF-1α подавляет CPT1A, нарушая β-окисление жирных кислот. Дисрегуляция карнитин-зависимого транспорта жирных кислот при COVID-19 изучена недостаточно. Предполагается, что HIF-1α-опосредованное подавление CPT1A и высвобождение CRAT из повреждённых клеток обуславливают дисбаланс карнитина.

Цель исследования – комплексный анализ карнитинового профиля и уровня CRAT при тяжёлой COVID-19 пневмонии.

Материал и методы. В ретроспективное исследование включено 30 человек: 22 пациента с COVID-19 пневмонией и 8 здоровых добровольцев. Пациенты с COVID-19 были разделены по тяжести течения заболевания (среднетяжёлое – 8, тяжёлое – 7, крайне тяжёлое – 7). В плазме крови определяли концентрации общего карнитина, свободного карнитина и ацилкарнитинов (расчётно) методом Wan и Hubbard на иммуноферментном анализаторе (410 нм). Уровни HIF-1α и CRAT в плазме крови выявляли с помощью конкурентного иммуноферментного анализа.

Результаты. У пациентов с COVID-19 пневмонией отмечено значимое повышение свободного карнитина (p = 0,029) и снижение общего карнитина (p = 0,043) и ацилкарнитинов (p = 0,016), а также повышение CRAT (p = 0,028) в сравнении с группой здоровых добровольцев. При крайне тяжёлом течении COVID-19 пневмонии уровень CRAT повышен. Уровень CRAT в плазме крови положительно коррелировал с тяжестью состояния (r = 0,533, p <0,05) и длительностью пребывания в отделении реанимации и интенсивной терапии (r = 0,588, p <0,01) и отрицательно – с SpO₂ (r =–0,498, p <0,05), индексом ROX (r = –0,6, p <0,01) и концентрацией HIF-1α (r =–0,651, p <0,05). Свободный карнитин обратно (r =–0,487, p <0,05), а ацилкарнитины прямо (r =0,501, p <0,05) коррелировали с длительностью госпитализации. Общий карнитин обратно зависел от индекса ROX (r = –0,588, p <0,01).

Выводы. У пациентов с COVID-19 пневмонией выявлен дисбаланс карнитина, вероятно, вследствие HIF-1α-индуцированного нарушения β-окисления. Уровень CRAT в плазме крови потенциально является прогностическим маркером тяжести метаболического стресса и гипоксии. Корреляции карнитинового профиля с длительностью госпитализации и ROX подчёркивают клиническую значимость этих показателей и требуют дальнейшего изучения.

Введение. Берберин – изохинолиновый алкалоид, обладающий широким спектром биологической активности. Суспензионная культура клеток василистника малого (Thalictrum minus L.) является перспективным продуцентом этого алкалоида. В отличии от других продуцентов, до 30% берберина, синтезируемого T. minus, выделяется в питательную среду. Однако из-за низкой продуктивности культуры существует необходимость поиска эффективных методов регуляции биосинтеза. Одним из эффективных, но недостаточно изученных факторов регуляции является свет.

Цель исследования – сравнительный анализ влияния спектрального состава света на накопление биомассы и синтез берберина суспензионной культурой клеток T. minus, а также оценка биологической активности полученных экстрактов с использованием специфических ферментных биотест-систем in vitro.

Материал и методы. Объектом исследования служила суспензионная культура клеток T. minus, выращиваемая в условиях заданной освещенности и фотоперида светом заданного спектра. Анализировали морфофизиологические параметры культуры (форма клеток, накопление сухой биомассы, ростовой индекс, продуктивность, накопление берберина), а также проводили скрининг противовоспалительной и антимикробной активности в условиях опытов in vitro.

Результаты. Впервые проведён сравнительный анализ влияния длительного (12-часового) освещения монохроматическим красным (660 нм), синим (440 нм) и белым холодным (10000 K) светом на суспензионную культуру клеток T. minus. Установлено, что красный и белый свет достоверно увеличивют максимальную биомассу (на 21 и 30% соответственно), следовательно, являются эффективными ростостимуляторами. С помощью специфических ферментных биотест-систем (in vitro) показано, что биологическая активность экстрактов зависит от условий культивирования культуры клеток.

Выводы. Культура клеток T. minus чувствительна к различным видам экзогенной регуляции, в том числе к световой. Эффект светового воздействия носит комплексный характер и определяется фотопериодом, спектром и интенсивностью.