Abortion as an Antagonism of the Demographic Vector of Family Law Development

Full Text

Современная демографическая политика Российской Федерации весьма противоречива. Нормативная база, так или иначе затрагивающая проблемы демографической обстановки, вызывает ряд вопросов, в частности: как можно призывать к повышению рождаемости в стране, если искусственное прерывание беременности не просто разрешено, а закреплено на законодательном уровне⁵⁵? Отметим, что направленность на улучшение демографической ситуации в России выражается в трех компонентах: повышение миграционной привлекательности страны, снижение уровня смертности граждан и, наконец, повышение уровня рождаемости [1, с. 105]. Думается, что миграционная привлекательность страны – сомнительный фактор улучшения российской демографической обстановки, поскольку данная мера свидетельствует скорее о невозможности страны своими силами обеспечить нормальный уровень рождаемости.

Учитывая изложенное, логично обратить внимание на искусственное прерывание беременности (аборт) как явление, антагонистичное поддержанию нормального уровня рождаемости в стране [2, с. 198] и разрушающее традиционные, проверенные веками представления о ценности жизни ребенка вне зависимости от стадии его развития.

Согласно статистическим данным с 2009 по 2016 г. число абортов в России снизилось с 1 млн 161 тыс. случаев до 738 тыс.⁵⁶ Однако в 2022 г. на научно-практической конференции «Аборт и здоровье женщины» специалисты отметили, что число не появившихся на свет детей составило 1 млн 795 тыс.⁵⁷ Такая разница в показателях на первый взгляд идущего на убыль явления может быть связана с тем, что федеральная статистика на основе данных Министерства здравоохранения учитывает исключительно хирургическое вмешательство в организм женщины с целью прерывания беременности. Но есть и такие варианты осуществления абортов (условно менее травматичные), используемые на ранних сроках беременности, которые сложно отследить и подсчитать, как экстренная контрацепция, медикаментозный аборт. И, определенно, последние – наиболее социально и морально «дикие» способы избавления от зачатого ребенка, поскольку, думается, обычно к ним прибегают не в связи с социальными или медицинскими показаниями, а из-за безответственного отношения к содеянному. По мнению М. Н. Жаровой, аборт является методом регуляции рождаемости на индивидуальном уровне при условии низкой медицинской культуры [3].

Более того, согласно результатам научных исследований экстренная контрацепция особенно распространена в молодежной среде, что говорит о полном отсутствии в умах молодежи сознательного отношения к возможной беременности [4, с. 10].

Совершение абортов молодыми женщинами осложняет беременность в осознанном возрасте. Учитывая современные тенденции, о каком тогда повышении уровня рождаемости можно говорить? Ни один аборт не проходит бесследно для здоровья женщины и является главным повреждающим фактором репродуктивной системы, как считают многие авторы. Более того, аборт – один из самых опасных видов хирургического вторжения в организм человека [5, с. 727].

При этом законодатель в Федеральном законе от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»⁵⁸ (далее – Закон № 323-ФЗ) предусматривает возможность искусственного прерывания беременности по желанию женщины при сроке до 12 недель, а также по социальным показаниям – до 22 недель и медицинским показаниям – независимо от срока беременности.

Для улучшения демографической обстановки в стране была разработана Концепция демографической политики Российской Федерации на период до 2025 г.⁵⁹, которая, в том числе, содержит следующие задачи: повышение уровня рождаемости, укрепление института семьи, сохранение традиций семейных отношений и др. [6, с. 441]. Так, законодательство России, регулирующее семейные отношения (дополнительно к перечисленному Конституция Российской Федерации и Семейный кодекс Российской Федерации), бесспорно, направлено на защиту интересов уже рожденных детей, однако в противовес этому факту можно поставить отсутствие малейшей защиты еще не появившихся на свет детей. Женщина, имеющая в себе зародившуюся жизнь, может в течение 12 недель с момента зачатия совершенно безнаказанно прервать ее. Пока у каждой матери, обнаружившей в соответствующий период наличие в ней растущего, генетически отличного от нее организма, есть предусмотренное законом право уничтожить его, говорить о повышении демографического уровня, ответственном отношении к детям и понимании значимости традиционных семейных ценностей не имеет смысла. Другое дело – когда причинами выступают социальные и медицинские показания.

Вопрос осознанного отношения к нерожденным детям кроется в двух плоскостях: законодательной и ценностно-идеологической. Вообще наличие осознанности, пожалуй, связано с определенной как личной ответственностью, так и со стороны государства, поскольку, не имея опыта негативных санкций за содеянное, лицо будет действовать так, как ему кажется наиболее простым.

Итак, почему сегодня женщины выбирают путь в виде избавления от ребенка, а не его рождение, создание семьи? Законодательный аспект связан с отсутствием правовой защиты еще не рожденных детей. Так, согласно Закону № 323-ФЗ рождением признается отделение плода от организма матери посредством родов. То есть до рождения лицо неразрывно связано с организмом матери и не является самостоятельным субъектом права. Этот тезис находит подтверждение и в уголовном законе. Заметим, что жизнь как высшая ценность, как объект уголовно-правовой охраны защищается только в случае ее отчуждения у фактически самостоятельных индивидов. Посягательство на жизнь женщины, находящейся в состоянии беременности, не рассматривается как посягательство на две жизни (матери и плода), что указывает на то, что еще не родившийся ребенок и его жизнь не имеют ценности, а аборт как лишение жизни такого ребенка, соответственно, правомерен.

Представляется, что оценка жизни как периода от рождения до смерти не совсем корректна, поскольку жизнь, с точки зрения эмбриологии, возникает раньше, чем ребенок отделяется от организма матери. Даже если он не самостоятелен и без материнского организма нежизнеспособен, но он живет и развивается до появления на свет, обладает признаками жизни, а следовательно, правом на жизнь. То есть зачатый ребенок частично правоспособен, и его жизнь как основа жизни после рождения не менее ценна. Думается, что в связи с изложенным необходимо установить ответственность за искусственное прерывание беременности не по медицинским и социальным показаниям [7, с. 25].

Отсутствие правильного восприятия ценности жизни ребенка женщиной может быть связано также с незакрепленной нормативно-государственной идеологией [8, с. 22]. И речь здесь даже не о правовом нигилизме, а об отсутствии единой установки в умах всех граждан, заключающейся в уважении традиционных ценностей, стремлении создать стабильную и счастливую семью, воспитать детей в лучших духовно-нравственных традициях. Президент России В. В. Путин на закрытии Всемирного фестиваля молодежи отметил, что традиционные ценности – это фундамент нашей жизни, нашего бытия⁶⁰. С этой установкой нельзя не согласиться, а также нельзя отрицать, что для того, чтобы государство не теряло свою самобытность, необходимо закрепить идеологию, которая объединила бы всех граждан в стремлении создать благополучную семью, чувстве патриотизма и др. [9, с. 70].

Желание женщины избавиться от зачатого ребенка, в особенности если речь идет не о первенце, может быть обусловлено недостаточной государственной поддержкой многодетных семей. Например, Указ Президента Российской Федерации от 23 января 2024 г. № 63 «О мерах социальной поддержки многодетных семей»⁶¹ устанавливает в качестве меры социальной поддержки бесплатное обеспечение детей до 6 лет лекарственными препаратами. Однако по достижении 6 лет детям по-прежнему необходимы лекарства. Так, некоторые меры, направленные на стимулирование рождения детей, являются половинчатыми, в связи с чем для улучшения демографической обстановки в стране государству необходимо не только стимулировать рождаемость, но и быть готовым обеспечивать должное развитие детей до достижения ими совершеннолетия. В случае, если последнее не будет реализовываться, существует угроза воспитания необеспеченными и неблагополучными семьями неблагонадежных граждан России. Таким образом, государство во избежание производства искусственного прерывания беременности должно финансово стимулировать женщин, у которых есть дети, а потенциальных матерей стимулировать идеологически, готовить их психологически. Это может выражаться в проведении просветительских семинаров в школах и вузах, на которых будет разъясняться ценностное значение сохранения жизни ребенка; следует распространять информацию о том, какой вред наносит аборт организму женщины, каким образом реализуется абортивный материал (продукты питания, косметические средства, медицинские исследования) и др.

Не следует забывать и об обратной стороне медали. В случае, если аборт будет запрещен (кроме наличия социального и медицинского факторов), у женщины не будет выбора – сохранить беременность или избавиться от плода. Это может повлечь рождение нежеланных детей, которые с большой вероятностью будут воспитываться в организациях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, либо, что хуже, в ужасных условиях семьи, которая не сможет дать нежеланному ребенку должные воспитание и обеспечение. В связи с этим государству необходимо быть готовым полностью обеспечивать и «растить» полноценных граждан и личностей из нежеланных, вопреки всему появившихся на свет детей. Однако данный вопрос остается дискуссионным и требует дальнейшей проработки в рамках комплексных научных исследований с участием специалистов из различных областей науки.

Подводя итог изложенному, еще раз следует обратить внимание на то, что аборт является камнем преткновения для улучшения демографической ситуации в России. Кроме того, аборт – действие подчас аморальное, при этом осознанное, что делает его вдвойне жутким. Видится, что искоренить абортивное мышление современных женщин нельзя посредством исключительно морально-идеологического воздействия. Необходимо запретить аборты по желанию на уровне нормативных правовых актов и установить ответственность за их проведение. Представляется, что это повысит осознание женщинами ценности жизни ребенка на начальном этапе развития.

About the authors

Alena S. Litvin

Author for correspondence.
Email: alenalitvin03@mail.ru

4th year student of the Faculty of Investigator Training

References

Supplementary files