Participation of a Lawyer in the Collection of Evidence

Full Text

Вопрос об участии субъектов гражданского процессуального права в процессе сбора доказательств определяется принципами, на которых основано судопроизводство. Ключевым является принцип состязательности, согласно которому стороны должны активно участвовать в процессе доказывания, в то время как суду предстоит разрешить спор. Точка зрения М. К. Свиридова наиболее точно отражает данную ситуацию: «Суд должен быть нейтральным и пассивным в процессе сбора доказательств, не должен вмешиваться в деятельность сторон. Активность он может проявлять лишь в ходе организации судебного процесса» [1, c. 184].

Суд может проводить действия по сбору доказательств по инициативе сторон или самостоятельно в целях обеспечения правосудия. Со стороны заинтересованных сторон привлекаются представители в лице адвокатов для оказания помощи в ведении процесса, облегчения работы суда. Адвокаты и представляемые ими лица обладают равным объемом прав, однако в отличие от вторых адвокатская деятельность регулируется особым законодательством – Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»⁹⁹ (далее – Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре), который выделяет особые права адвокатов, в частности право на запрашивание необходимых документов, опрос граждан, сбор предметов и документов.

В области процессуально-правовых исследований отмечается, что процесс доказывания включает собирание, представление, исследование и оценку доказательств судом [2, с. 165; 3, с. 113–114].

Собирание и представление направлены на формирование базы доказательств. Собирание доказательств предполагает действия адвоката, направленные на получение новых или дополнительных доказательств, а представление – передачу суду имеющихся в распоряжении сведений для их признания в качестве доказательств.

С точки зрения традиционного подхода в гражданско-процессуальной науке первой стадией доказывания является представление, поэтому дискуссионным является вопрос о рационализации выделения стадии собирания.

К. С. Юдельсон подчеркнул важность собирания доказательств, заявив, что это начальный и критически важный этап в процессе доказательственной работы. Отсюда возникает вопрос: зависит ли законность и обоснованность судебных решений, а также срок рассмотрения дела от полноты собранных доказательств [4, c. 57]? Представляется, что это не так, поскольку, с одной стороны, цель собирания доказательств – получение необходимых доказательств и их представление в суд. С другой стороны, процесс сбора доказательств является необязательным и не всегда гарантирует, что все собранные материалы будут учтены в гражданском деле. Только доказательства, полученные судом в ходе судебного разбирательства, имеют процессуальное значение. В этом контексте понятие «представление доказательств» более широкое, чем «сбор доказательств». Для того чтобы доказывающие стороны имели возможность собирать доказательства, недостаточно просто иметь право на их представление [5, c. 33].

Определяя структуру собирания доказательств, можно выделить следующие элементы: обнаружение, получение, фиксация информации. В некоторых случаях целесообразным будет включить представление в процесс собирания, так как оно может выступать не только как альтернатива процессу собирания, но и как самостоятельный элемент.

В отечественной правовой науке ведутся дискуссии на тему того, является ли адвокат полноправным субъектом собирания доказательств.

Приверженцы мнения о том, что адвокат не имеет права осуществлять сбор доказательств, руководствуются тем, что адвокат не обладает полномочиями государственного органа и получение информации от граждан или необходимых документов может происходить только на добровольной основе. Когда адвокат осуществляет предоставленные ему полномочия, он имеет право «получить» предметы, документы и другую информацию, а не требовать их, не изымать, не отбирать и т. д. Таким образом, принуждениe в ходе юридических процедур неприменимо. Законодательство не предусматривает определенного порядка получения предметов, документов и иных сведений.

С другой стороны, адвокат может прибегнуть к процессуальным методам воздействия на субъекта путем истребования доказательств по ходатайству заинтересованной стороны.

Второй аргумент противников предоставления адвокатам права собирать доказательства заключается в опасении злоупотребления этими правами. Ф. Багаутдинов подчеркнул, что некоторые адвокаты уже сегодня, без законных оснований, активно взаимодействуют со свидетелями и потерпевшими, стремясь достичь своих личных целей. Такое взаимодействие нередко сопровождается открытым давлением и запугиванием [6, c. 8]. В частности, в процессе сбора доказательств могут быть нарушены определенные права, что может повлечь уголовную ответственность. Поэтому наиболее разумным способом решения этой проблемы кажется установление ответственности адвокатов за нарушение законодательства Российской Федерации в процессе сбора доказательств. В настоящее время на практике, как указывал Ю. П. Гармаев, количество случаев привлечения адвокатов к ответственности невелико [7].

Также существует точка зрения С. А. Шишкина, согласно которой деятельность адвоката носит односторонний характер и может негативно повлиять на дальнейшее всестороннее и объективное рассмотрение конкретного дела. Следовательно, по его мнению, каждая из сторон будет приводить только те доказательства, которые подтверждают ее позицию, и утаивать доказательства, которые свидетельствуют в пользу оппонента [8, c. 36–37]. Действительно, задача адвоката заключается в защите и удовлетворении интересов представляемого лица и в обеспечении отказа в удовлетворении требований второй стороны. Независимым в данном случае выступает лишь суд. При этом при обращении к адвокату на платной основе гражданин надеется на получение профессиональной юридической поддержки и активную защиту адвоката.

Адвокат Ю. Квартин подчеркивал, что в судебном процессе адвокат имеет возможность самостоятельно определять факты, которые могут быть представлены в качестве доказательств, чтобы более полно осветить определенный поступок представляемого лица и объяснить его мотивы [9, c. 57]. Иными словами, адвокат вправе самостоятельно выбирать методы и средства доказывания, при этом учитывая пределы, наложенные доверителем.

Следовательно, наделение адвоката способностью выступать самостоятельным субъектом сбора доказательств в гражданском процессе служит одним из инструментов реализации принципа состязательности, а также помогает избежать необходимости принятия судом процессуальных мер для получения дополнительных доказательств и способствует объективному урегулированию спора.

Однако в результате анализа судебной практики в 2016 г., проведенного А. Д. Орловым (в частности, при изучении решений Кировского и Октябрьского районных судов города Саратова), был сделан вывод, что на данный момент право адвоката на сбор доказательств не имеет эффективной реализации в гражданском процессе. При изучении материалов гражданских дел, рассмотренных федеральными судами общей юрисдикции, было установлено, что адвокаты не применяют никаких других методов сбора доказательств, кроме направления запросов [10].

Права адвокатов в процессе доказывания детализируются Законом об адвокатской деятельности и адвокатуре в подп. 1 п. 3 ст. 6, подп. 2 п. 3 ст. 6, подп. 3 п. 3 ст. 6. Этот перечень не устанавливает право адвоката на сбор доказательств, в связи с чем возникает ряд спорных вопросов. Во-первых, не урегулирован порядок проведения опроса с соблюдением принципа законности. В процессе проведения опроса остро встают вопросы о круге лиц, которые могут быть опрошены, а также о том, какие права и обязанности существуют у адвоката и опрашиваемого субъекта. Во-вторых, не установлена ответственность органов государственной власти, местного самоуправления и организаций за отказ или игнорирование запросов на предоставление информации [11, c. 67].

Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре в ст. 6 выделяет лишь два способа сбора информации – запрос и опрос. Исходя из этого позиция В. В. Ясельской о предоставлении законодательным актом адвокатам дополнительных прав на сбор доказательств, таких как проведение осмотров, обращение в экспертные учреждения для получения заключения, эксперименты и отождествление личности, представляется закономерной [12, c. 133–146]. Думается, что помимо перечисленных прав адвоката также можно наделить правом на сбор проб и образцов. Данный список расширит сферу деятельности адвоката по сбору доказательств, тем самым предоставив больше возможностей для отстаивания интересов представляемого лица.

Полученные адвокатом доказательства в традиционном представлении процессуальной науки должны отвечать требованиям относимости и допустимости. Некоторые авторы выделяют также достоверность, достаточность [13, c. 11–17] и законность [14, c. 590].

Относимость, описанная в ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, выражается в наличии объективной связи между собранными доказательствами и фактами. Суд решает вопрос об относимости или неотносимости доказательств, но, как отмечал К. С. Юдельсон, все обстоятельства, которые требуется доказать, связанные законом с возникновением юридических последствий, должны быть доказаны. Хотя установление фактов, выходящих за рамки оснований иска и возражений, является бесполезным расходом процессуальных ресурсов [15, с. 195].

Согласно понятию «допустимость» доказательство должно быть получено из законных источников, особыми методами и приемами получения информации [16, c. 13–14]. Это означает, что в качестве доказательства могут быть использованы только те средства, которые предусмотрены законом.

Часть 2 ст. 55 ГПК РФ о законности доказательства наталкивает на мысль, что нарушение законности имеет два важных аспекта. Во-первых, могло ли такое нарушение оказать влияние на достоверность полученной информации или потенциально повлиять на нее? Во-вторых, возможно ли исправить или компенсировать эти нарушения с помощью процессуальных средств [17]. Так, в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»¹⁰⁰ содержится полный список оснований для признания доказательства, полученного с нарушением требований закона.

Достоверность самым тесным образом связана с законностью и обеспечением соблюдения требований к собранным доказательствам.

Достаточность доказательств представляет собой совокупность информации, которая позволяет удостовериться в существовании искомого факта.

Помимо правовых основ сбора доказательств действия адвоката должны опираться на правила профессиональной этики. Так, по мнению Т. З. Зинатуллина, нравственно допустимыми являются доказательства, полученные субъектом, управомоченным осуществлять процессуальные действия, из источника, предусмотренного законодательством, с соблюдением процессуальной формы [18, c. 35]. Аналогичное положение содержится в п. 1 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката¹⁰¹. Таким образом, адвокату необходимо находить баланс между волей доверителя и самостоятельными действиями, собирать доказательства, выбирая круг и объем необходимых действий, не совершая при этом тех, которые повлекли бы возражения доверителя.

Из изложенного следует, что четкое регулирование процесса сбора доказательств адвокатом, создание необходимых гарантий законности этого процесса и определение ответственности адвоката могут положительно повлиять на его работу по сбору доказательств. Кроме того, качественная работа адвоката может освободить суд от необходимости предпринимать дополнительные усилия по сбору доказательств, что способствует более быстрому разрешению гражданско-правовых споров. Однако из-за недостаточной проработанности российского законодательства в данной сфере адвокаты не всегда могут полностью использовать свое право на сбор доказательств, что, в свою очередь, отрицательно влияет на реализацию принципа состязательности.

About the authors

Elina R. Mesropova

Author for correspondence.
Email: mesropova.elina@mail.ru

4nd year student

References

Supplementary files