№ 87 (2025)

Изучение академических биографий составляет сегодня важный компонент гуманитарного знания. Определение ключевых этапов жизненного пути, выстраивание исследовательского профиля ученых, внесших вклад в развитие отечественной науки, отвечает задачам целостного освоения истории науки. В статье на основе архивных материалов (Центрального государственного архива Санкт-Петербурга и Кадрового архива РГПУ им. А. И. Герцена) представлена академическая биография Григория Генриховича Розенблата (1909–1963) — филолога, педагога, разработчика концепции интеграции произведений изобразительного искусства в процесс изучения литературы в школе. Показано, что научная деятельность ученого неразрывно связана с Ленинградским педагогическим институтом им. А. И. Герцена как складывающимся центром изучения проблем художественного образования в оптике междисциплинарности.

Выдающийся вклад А. Б. Гольденвейзера в развитие музыкальной культуры во многом обусловлен его уникальными достижениями в области композиции, ярко проявившимися в фортепианном цикле «Из детской жизни». В статье впервые дается отражение базовых характеристик данных принципов на примере цикла «Из детской жизни», являющихся воплощением творческого облика композитора и пианиста. Подчеркивается, что он является не только образцом композиторского стиля, отражающим исполнительские принципы А. Б. Гольденвейзера, но и ценным методическим и практическим материалом для профессионального становления начинающих музыкантов. Подробный исполнительский и теоретический анализ произведения имеет значимость для постижения творческой природы замечательного композитора, пианиста и педагога-мыслителя.

Фортепианные опусы композитора рассматриваются в настоящей статье с исторических, жанрово-стилистических и исполнительских позиций. Затрагиваются взаимосвязи фортепианной музыки Чайковского с социокультурной ситуацией эпохи, слушательскими запросами, а также с традициями русской народной песенности и городского фольклора. Дается всесторонний анализ особенностей каждой из миниатюр. Цель настоящей работы — привлечь внимание современных исполнителей, педагогов, учащихся к данной, поныне не обретшей заслуженной известности области фортепианного наследия композитора. В контекст рассмотрения включены элементы сравнительного анализа исполнительских интерпретаций, в частности, трактовки К. Игумнова, С. Рихтера, В. Троппа, М. Плетнева и др. в их сопоставлении, что доказывает возможность множественных исполнительских прочтений анализируемых фортепианных опусов Чайковского.

В статье изучаются способы художественного декорирования фарфоровых изделий в творческом наследии мастеров Ленинградского фарфорового завода им. М. В. Ломоносова периода «оттепели». Делается вывод о том, что на формирование художественного языка фарфора Ленинграда оказали влияние художники по фарфору: Н. П. Славина, исполняющая изображение средствами надглазурной полихромной росписи и шелкографии, И. В. Бессонова, экспериментировавшая с позолотой в рамках надглазурной и подглазурной росписи, и Е. Г. Фирсова, внедряющая в художественную практику надглазурную монохромную деколь.

В статье рассматривается практика проскинезы в классической Греции на основе исторических, драматургических и философских источников. Автор анализирует этимологию и употребление глагола προσκυνέω, подчеркивая его изначальное значение как религиозного акта поклонения божествам, прежде всего хтоническим. Через анализ произведений Эсхила, Софокла, Аристофана и других авторов показано, что эллины воспринимали проскинезу как допустимую только по отношению к богам, но считали ее унизительной, если она адресована смертному. Особое внимание уделяется эпизодам, где проскинеза фигурирует как символ раболепия и отказа от свободы, особенно в контексте греко-персидских отношений. Подчеркивается, что для греков отказ совершать проскинезу был как религиозным, так и политико-этическим актом. В заключение выдвигается гипотеза, что проскинеза в греческой культуре являлась не конкретным жестом, а комплексом ритуальных невербальных действий, выражающих почтение, и ее значение изменялось под влиянием исторических обстоятельств и культурных контактов.

В статье исследуются институциональные механизмы культурной трансмиссии советского изобразительного искусства в Китае 1950-х гг. Методами исторического анализа и кейс-стади выявлены три ключевых канала распространения: масштабные художественные выставки, образовательные программы (обучение студентов в СССР и деятельность профессора К. Максимова) и перевод теоретической литературы. Особое внимание уделено реформе системы художественного образования, включавшей внедрение советских педагогических стандартов и создание учебно- методических групп. Результаты демонстрируют двойственное влияние советского опыта: формирование академической системы Китая сопровождалось идеологизацией тем и сужением художественного разнообразия. Работа вносит вклад в понимание роли государственных институтов в культурном обмене и предлагает новые перспективы для анализа синтеза глобальных и национальных художественных традиций.