Khovanshchina. Doneseniia shvedskikh agentov, 1682–1683 gg. Podgotovka teksta, perevod, primechaniia i posleslovie G. M. Kazakova i A. S. Lavrova. St. Petersburg: Nauka, 2022, 230 p.

Full Text

«События трех дней в середине мая 1682 г. в Москве принадлежат к самым мрачным главам старомосковской истории», – написал в 1964 г. в биографии Петра I Райнхард Виттрам (1902–1973). Речь идет о Хованщине – кровавом бунте московских стрелецких полков, в результате которого в последующие месяцы во главе стрелецкого приказа встал новый глава, князь Иван Андреевич Хованский. Царевна Софья, которая согласно утвердившейся в историографии точке зрения, сама мобилизовала стрельцов для укрепления собственной власти, добилась, наконец, в октябре 1682 г. их умиротворения, включая казнь Хованского.

Подробные отчеты современников о восстании, о Хованщине и о действиях правительницы Софьи содержатся в известных донесениях иностранных дипломатов в Москве: нидерландского резидента Иоганна ван Келлера, датского торгового агента Генриха Бутенанта и находившегося с осени 1682 г. в Москве датского посланника Хильдебранда фон Горна. Королевство Швеция не имело в то время в Москве ни дипломатического представителя, ни торгового агента, из чего нетрудно предположить, что в Стокгольме располагали скудной информацией о насыщенном драматическими событиями 1682 г. в столице Российского государства. Однако это было не так, поскольку до 1680 г. в Москве действовал шведский фактор (торговый агент) Кристоф Кох, который в 1683 г. вернулся туда в качестве шведского посланника [Droste, Maier 2018], создал, находясь в шведской Нарве, внутрироссийскую сеть информантов в Москве, Новгороде и Пскове. Полученные донесения в копиях без указания авторства Кох регулярно отправлял – дополняя собственной информацией – в Стокгольм, секретарю Карла XI Иоганну Бергеньельму и ответственному за московское направление дипломатии надворному советнику Йонасу Клингстедту.

Рецензируемое издание, подготовленное историками А. С. Лавровым [Lavrov 2009] и Г. М. Казаковым [Kazakov 2021], хорошо знакомыми с историей Стрелецкого бунта и Хованщины, состоит из пяти частей: 1) 43 донесения Коха (на немецком языке) и его корреспондентов с апреля 1682 г. по февраль 1683 г., включая переводы на русский язык (с. 3–99); 2) раздел комментариев объемом почти 50 страниц (с. 100–148); 3) два пояснительных очерка редакторов-составителей (Г. М. Казаков: «Хованщина и информационная сеть шведских агентов в России в 1682 г.», с. 151–170; А. С. Лавров: «Шведские донесения как источник по истории стрелецкого восстания 1682 г., с. 171–204); 4) подробная тематическая библиография российских и иностранных работ и список источников (с. 205–214); 5) именные указатели на кириллице и латинице (с. 215–228).

Вступительный очерк Г. М. Казакова посвящен выяснению имен корреспондентов Коха в Москве, Новгороде и Пскове. Историк предположил, что в мае 1682 г. в Пскове находился шведский фактор Арман Арманов, однако в последующие месяцы года его имя в документах более не встречается. Одним из двух корреспондентов в Новгороде, по мнению редактора-составителя, был шведский фактор Нильс Хизинг, который работал там с 1678 г., а до этого как королевский стипендиат изучал русский язык в Упсале. Двумя московскими корреспондентами историк назвал вышеупомянутого голландского резидента Иоганна ван Келлера и шведского купца Томаса Книпера, который жил в Москве в 1682 г., еще до того, как в 1689 г. сменил на посту московского резидента Коха, возведенного тогда же в дворянство под именем фон Кохена. Приведенная в книге подробная таблица всех отчетов Коха показывает, что курьерская почта из Нарвы в Стокгольм занимала не менее двух недель, а зимой иногда и более месяца, не считая, конечно, времени, затрачиваемого на доставку из Москвы, Новгорода и Пскова в Нарву, т. е. еще две-три недели.

А. С. Лавров поставил вопрос о характере стрелецкого бунта: был ли он результатом конфликта между враждующими боярскими группировками Милославских и Нарышкиных, подлинно народным восстанием или сочетанием того и другого, но однозначного ответа не дал. Что касается ценности донесений Коха, историк пришел к выводу, что шведский дипломат, опираясь на информаторов на местах, в отличие от доминирующей в историографии точки зрения, считал поводом для бунта стрельцов острый кризис в московских государственных финансах того времени, а главным организатором восстания боярина И. М. Милославского, а не правительницу Софью или стрелецкого вождя И. А. Хованского, который в июне 1682 г. даже представлялся Коху сторонником мирного разрешения конфликта. Лавров назвал ценными высказывания Коха о предполагаемых союзниках стрельцов – старообрядцах и холопах, а также мнение дипломата, согласно которому стрельцы осенью не капитулировали, а пошли на компромисс с правительством регентши.

Образцовое во всех отношениях издание донесений шведских агентов из Московского государства в драматичном 1682 г. убедительно подтверждает оценку, содержащуюся в авторской аннотации, что информация из шведских донесений помогает по-новому взглянуть на историю стрелецкой смуты, и характеристику уровня информированности шведского правительства как беспрецедентной разведывательной аналитики особенностей московского бунта 1682 г.

About the authors

Stefan Troebst

Author for correspondence.
Email: troebst@uni-leipzig.de
ORCID iD: 0000-0001-5190-3208

DSc. (History), Professor

References