Восприятие образов китайских животных в России XVIII–XIX вв.

В статье рассматривается путь и смысловая эволюция образов традиционных китайских животных – дракона, феникса, цилиня, тигра, журавля, панды и др. – в российской культуре XVIII–XIX вв. Автор показывает, как эти знаки, переместившись из китайского сакрально-мифологического контекста, были восприняты, адаптированы и переосмыслены в России. Предметом исследования является процесс восприятия и трансформации символических значений китайских образов животных в российской культурной традиции. Объектом выступают традиционные китайские символы животных в литературных и архитектурных памятниках, а также исторических артефактах России. Эти образы традиционно связаны с философскими и моральными представлениями китайской культуры, отражая важные аспекты мировоззрения и социального порядка. В России символы воспринимались как экзотика, приобретая новые эстетические и идеологические значения. Автор применяет сочетание взаимодополняющих методов: семиотический анализ выявляет, какие сдвиги значения происходили (например, «императорский дракон» превращается в декоративный мотив); сравнительно-исторический подход соотносит китайский и русский культурно-исторические контексты (феникс и жар-птица); иконографическое исследование прослеживает изменения визуального облика символов: от селадонового фарфора Кремля до фасада Чайного дома Перлова. Научная новизна работы состоит в том, что впервые в единой логике описаны механизмы эстетизации, рассакрализации китайских зоомифов, благодаря которым сакральные тотемы стали, во-первых, модными знаками роскоши дворцового шинуазри, во-вторых, удобными брендовыми маркерами восточной экзотики в городском пространстве и, в-третьих, художественными приемами создания мистического колорита или сатирического эффекта в русской литературе и театре. Основные выводы заключается в том, что в китайской традиции животные-символы образуют целостный «код добродетелей» (могущество, гармония, долголетие). При переносе в Россию этот код сохранил положительный эмоциональный эффект, но утратил сакральность, превратившись в визуальный и риторический ресурс самоидентификации российского высшего общества. Тем самым зоосимволы выступили «посредниками» межкультурного диалога, демонстрируя общие механизмы адаптации и переосмысления чужого культурного наследия.

культурный обмен, символизм животных, межкультурная адаптация, экзотизация, историческая трансформация, Визуальные образы, Межкультурное восприятие, межкультурное взаимодействие, восточные мотивы, символическое значение