Strain diversity and antibiotic-sensitivity of staphylococcus spp. Isolates from patients of multiprofile pediatric hospital in St. Petersburg, Russia

Cover Page

Cite item

Full Text

Abstract

Background. Staphylocci are the leading pus-forming Gram-positive bacteria in the children’s hospitals. The prevalence of the antibiotic resistant strains among them limits therapeutic effects of infections in children.

Aim. The research is aimed at characterizing the species of staphylococcus, which are isolated from the different clinical specimens of the patients at the clinics of Saint Petersburg State Pediatric Medical University in 2019, and analysis of their susceptibility to antimicrobial agents.

Materials and metods. According to the clinical recommendations of 2018, susceptibility to antimicrobial drugs (AMD) was revealed in 860 strains of staphylococci determined by the disc diffusion method, which were identified by the automated analyser Vitek-2 compact.

Results. Six species of staphylococci were represented at the hospital departments, among which Staphylococcus epidermidis prevailed in the departments of the neonate pathology department and intensive care units (63.0% and 46.2% respectively), Staphylococcus aureus is commonly found at the departments of surgery and the departments of the therapeutic profiles (61.7% and 46.2% respectively). More than a half of the staphylococci strains (63.0%) were resistant to at least one of the antimicrobial drugs. Vancomycin and line solid showed the highest activity to these staphylococci. High specific weight of multidrug resistant (MDR) bacteria (37.8%) and extensively drug resistant (XDR) strains of the phenotype (33.0%) was revealed. The level of antibiotic resistant strains was the highest in Staphylococcus haemolyticus (98.1%) and S. epidermidis (82.0%), while the specific weight of the resistant ones, MDR and XDR strains was extremely low among S. aureus (16.2%, 1.5% and 0.4 respectively), as well as in methicillin-resistant isolates (0.8%).

Conclusions. A great variety of antibiotic resistance was revealed among the staphylococci. The prevalence of these strains in the pediatric hospitals requires constant local monitoring of the antibiotic resistant staphylococci.

Full Text

Актуальность

Наиболее частыми возбудителями гнойно-септических инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи (ИСМП) в многопрофильных детских стационарах, среди грамположительных бактерий являются стафилококки [6, 12, 14]. Чаще всего восприимчивыми к стафилококковым инфекциям становятся новорожденные и дети первых месяцев жизни [11]. Особую настороженность у клиницистов вызывает то, что в Российской Федерации 33 % всех случаев ИСМП регистрируют в родовспомогательных учреждениях, в том числе 16,8 % — в отделениях реанимации и интенсивной терапии новорожденных и недоношенных детей [2, 6, 13]. В этиологии ИСМП сохраняется ведущая роль Staphylococcus aureus [18, 23, 32], однако в последнее время заметно возрастает значение других видов стафилококков [4, 25], некоторые штаммы которых проявляют устойчивость к препаратам резерва [21]. Коагулазонегативные стафилококки (CoNS) играют все бóльшую роль в развитии гнойно-воспалительных процессов [4], при этом подавляющее число вызываемых ими заболеваний имеют внутрибольничный характер и развиваются в отделениях интенсивной терапии новорожденных, особенно у детей со сниженной резистентностью [7, 11, 19]. Показано, что 60–90 % CoNS относятся к виду Staphylococcus epidermidis [8], который в отделениях хирургического профиля становится причиной эндокардита, сепсиса и катетер-ассоциированных инфекций. Другие виды CoNS вызывают бактериемию и инфекции костей (Staphylococcus hominis и Staphylococcus haemolyticus), Staphylococcus saprophyticus нередко создает проблемы пациентам урологических отделений, вызывая инфекции мочевых путей, а Staphylococcus warneri и Staphylococcus сapitis, колонизируя внешний слуховой проход, могут вызывать воспалительные заболевания ЛОР-органов.

Большую озабоченность вызывает также распространение в больничной среде метициллинрезистентных штаммов S. aureus (MRSA) и других видов стафилококков с высоким уровнем резистентности к препаратам разных групп [5, 20, 27, 33]. Внутрибольничные инфекции, вызванные штаммами стафилококков со множественной лекарственной устойчивостью, представляют серьезную угрозу для пациентов, находящихся в отделениях реанимации и интенсивной терапии. Формированию таких штаммов в больничных условиях способствует селективное давление антибактериальных препаратов, а также высокая скорость эволюции патогенных микроорганизмов с присущим им многообразием механизмов передачи генов резистентности, что способствует высокой вариабельности уровня резистентности этих микроорганизмов в зависимости от их географического расположения и времени выделения [10]. Отправным пунктом борьбы с такими штаммами является мониторинг структуры, уровня и спектра антибиотикорезистентности на локальном и региональном уровнях.

Цель нашего исследования состояла в характеристике видового состава стафилококков, циркулирующих в клиниках Санкт-Петербургского государственного педиатрического медицинского университета (СПбГПМУ) в 2019 г., и анализе их чувствительности к антибактериальным препаратам.

Материалы и методы

Источники бактериальных изолятов. В исследование включено 860 штаммов стафилококков, выделенных от пациентов клиник СПбГПМУ, далее в тексте обозначаемого как «многопрофильный детский стационар».

Выделение и идентификация изолятов. Посев материала и выделение чистых культур выполняли классическими микробиологическими методами с использованием стандартных питательных сред. Идентификацию изолятов проводили с помощью анализатора Vitek-2 compact (bioMerieux, Франция).

Определение чувствительности к антимикробным препаратам. Чувствительность изолятов к антибактериальным препаратам (к азитромицину — Azm, амоксиклаву — Amc, гентамицину — Gn, оксациллину — Ox, ципрофлоксацину — Cip, цефокситину — Ckt, ванкомицину — Van, линезолиду — Lzd) определяли диско-диффузионным методом. На агар Мюллера–Хинтона (Oxoid, Великобритания) наносили свежеприготовленный инокулюм, полученный в результате суспендирования колоний стафилококков в стерильном изотоническом растворе до соответствия стандарту мутности 0,5 по McFarland, после чего накладывали диски с антибиотиками (Oxoid, Великобритания). Для контроля качества определения чувствительности использовали референтный штамм S. aureus ATCC29213. Результат интерпретировали согласно клиническим рекомендациям 1.

Статистический анализ. Статистическую обработку данных выполняли с помощью пакета программ Microsoft Office Excel 2019 для MacOS. Для анализа результатов исследования рассчитывали относительные экстенсивные показатели (проценты). Достоверность различий оценивали по критерию хи-квадрат Пирсона (χ2). Различия считали статистически значимыми при p < 0,05.

Результаты и обсуждение

Видовой состав стафилококков, выделенных в разных отделениях многопрофильного детского стационара, отличался в зависимости от специфики отделения и исследуемого материала (табл. 1).

 

Таблица 1 / Table 1

Видовой состав стафилококков в отделениях многопрофильного детского стационара

Species composition of staphylococci in the departments of a Multidisciplinary Children’s Hospital

Виды стафилококков / Types of staphylococci

Отделения / Departments

хирургические / surgical

реанимационные / intensive care

патологии новорожденных / newborn pathology

терапевтического профиля / therapeutic

S. aureus

116 (61,7 %)

21 (11,4 %)

44 (13,8 %)

78 (46,2 %)

S. еpidermidis

56 (29,8 %)

113 (61,4 %)

201 (63,0 %)

68 (40,2 %)

S. haemolyticus

4 (2,1 %)

41 (22,3 %)

53 (16,6 %)

11 (6,5 %)

S. hominis

8 (4,3 %)

9 (4,9 %)

17 (5,3 %)

4 (2,4 %)

S. warneri

4 (2,1 %)

0

4 (1,3 %)

4 (2,4 %)

S. сapitis

0

0

0

4 (2,4 %)

Всего / Total

188 (21,9 %)

184 (21,4 %)

319 (37,1 %)

169 (19,7 %)

 

В хирургических отделениях и отделениях терапевтического профиля превалировали культуры S. aureus (61,7 и 46,2 % всех изолятов стафилококков соответственно), в отделениях патологии новорожденных и реанимационных отделениях доминировали штаммы S. epidermidis (63,0 и 61,4 % соответственно). Наибольшее число видов стафилококков было выявлено в стационарах терапевтического профиля (6 видов), наименьшее — в реанимационных отделениях (4 вида). Необходимо отметить, что во всех изученных отделениях был выявлен S. aureus, а в хирургических отделениях и в отделении патологии новорожденных — штаммы MRSA. Бактериологическому исследованию подвергали разные материалы — катетеры, мокроту, гной, содержимое желудка и отделяемое раневой поверхности. При этом в хирургических и терапевтических отделениях стафилококки наиболее часто выделялись из гноя (86,2 и 50,3 % штаммов соответственно), в отделениях патологии новорожденных — из мокроты (52,7 %), в отделениях реанимации — из содержимого желудка (39,7 %). Чувствительными ко всем препаратам оказалось более трети штаммов (37,0 % или 318 изученных культур). Более половины стафилококков — 542 штамма (63,0 %) — проявляли резистентность хотя бы к одному антибактериальному препарату. Среди таких штаммов чаще встречались изоляты, резистентные к азитромицину. Их удельный вес составил 77,4 % среди S. epidermidis, 97,3 % — среди S. haemolyticus, 13,9 % — среди S. aureus, 60,5 % — среди S. hominis, 33,3 % — среди S. warneri и 0,3 % — среди S. сapitis.

Среди стафилококков был выявлен высокий процент полирезистентных культур (MDR — multidrug-resistant) и штаммов с экстремальным фенотипом резистентности (XDR — extensively drug-resistant). Так, удельный вес MDR стафилококков составил 37,8 %, а на долю штаммов XDR пришлось 33,0 % (рис. 1).

 

Рис. 1. Частота встречаемости чувствительных и резистентных к антибактериальным препаратам штаммов стафилококков в многопрофильном детском стационаре

Fig. 1. Frequency of occurrence of staphylococcal strains sensitive and resistant to antibacterial drugs in the hospital

 

Интересным представляется распределение культур MDR и XDR в различных отделениях многопрофильного детского стационара (рис. 2). Максимальный удельный вес таких штаммов выявлен в отделениях, в которых находятся наиболее ослабленные дети. Так, в реанимационных отделениях он составил 64,7 и 62,5 % соответственно, несколько ниже — в отделениях патологии новорожденных (51,7 и 42,6 %). В три раза ниже была доля MDR- и XDR-изолятов в терапевтических отделениях (18,3 и 13,6 %) и самой низкой (3,2 и 2,7 %) — в хирургических.

 

Рис. 2. Частота встречаемости полирезистентных и экстремально-резистентных штаммов стафилококков в отделениях многопрофильного детского стационара

Fig. 2. Occurrence of MDR and XDR staphylococcal strains in the different departments of the hospital

 

Наиболее распространенным видом стафилококков, выделяемым из патологического материала и встречающимся на здоровой коже и слизистых оболочках человека, является S. epidermidis [29, 34]. Эпидермальный стафилококк может быть частой причиной внутрибольничных инфекций, связанных с различными видами протезирования (сосудистыми трансплантатами, ортопедическими устройствами) [15, 19, 24, 31] и другими инвазивными манипуляциями [22]. Повышенная способность S. epidermidis к адгезии на биотических и абиотических поверхностях позволяет ему образовывать биопленки на поверхности медицинских инструментов, что способствует развитию эндокардитов, катетер-ассоциированных и других инфекций [30]. Превалированию S. epidermidis в больничной среде могут способствовать его конкурентные преимущества, позволяющие блокировать с помощью синтезируемых аутоиндукторов токсинообразование у большинства штаммов S. aureus, в то время как вещества, продуцируемые S. aureus, не препятствуют пролиферации S. epidermidis [9]. Помимо этого способность к формированию биопленок повышает устойчивости бактерий к различным антимикробным препаратам, прежде всего, к ванкомицину, который отличается низкой диффузионной способностью и слабо проникает вглубь биопленки. Появление толерантных к ванкомицину штаммов S. epidermidis снижает эффективность антибиотикотерапии и ведет к частым рецидивам инфекции.

Особенно подвержены инфицированию госпитальными штаммами лица с иммунодефицитами и новорожденные недоношенные дети [7, 18]. S. epidermidis характеризуется устойчивостью к противомикробным препаратам различных механизмов действия [18, 29]. Наиболее часто встречаются штаммы этого вида, устойчивые к бета-лактамным антибиотикам, рифампицину, эритромицину, клиндамицину, фторхинолонам и триметоприм-сульфаметоксазолу [1, 28]. Как и у S. aureus, устойчивость к метициллину у S. epidermidis детерминируется геном mecA, а распространенность метициллинрезистентного S. epidermidis (MRSE) может достигать 90 % [3, 26]. В нашем исследовании чувствительными ко всем препаратам оказались всего 79 культур (18,0 %) S. epidermidis из 438 штаммов. Полирезистентными (MDR) были 216 культур, что составило 49,3 % всех штаммов S. epidermidis и 66,5 % всех MDR-стафилококков. К категории XDR были отнесены 183 штамма S. epidermidis, их удельный вес составил 41,8 % всех изолятов эпидермальных стафилококков и 64,4 % всех XDR-штаммов. Наиболее часто культуры S. epidermidis были устойчивы к азитромицину (77,4 % всех S. epidermidis), ципрофлоксацину (53,7 %), гентамицину (53,4 %), оксациллину (45,7 %). Реже встречались штаммы, нечувствительные к амоксиклаву (41,1 %) и цефокситину (44,7 %). Был выявлен только один штамм, устойчивый к линезолиду (0,2 %).

Наборы детерминант резистентности S. epidermidis были разнообразны, у них было выявлено 19 вариантов спектров антибиотикорезистентности, при этом преобладали комбинация Azm + Аmc + Gn + Ox + Cip + Ckt (39,3 % штаммов) и спектр моноустойчивости к одному Azm (21,0 %). Значительно реже встречались другие фенотипы резистентности, так, спектр Azm + Cip составил 4,8 %, Azm + Gn + Cip — 4,6 %, Azm + Gn — 3,2 % (рис. 3). Остальные спектры были представлены единичными штаммами.

 

Рис. 3. Наиболее частые спектры антибиотикорезистентности S. epidermidis. Azm — азитромицин, Amc — амоксиклав, Gn — гентамицин, Ox — оксациллин, Cip — ципрофлоксацин, Ckt — цефокситин

Fig. 3. Most common antimicrobial susceptibility patterns of S. epidermidis. Azm&– azithromycin, Amc&– amoxiclav, Gn&– gentamicin, Ox&– oxacillin, Cip&– ciprofloxacin, Ckt&– cefoxitin

 

Известно, что основной причиной нозокомиальных инфекций среди грамположительных бактерий является S. aureus. В госпитальных условиях S. aureus наиболее часто ассоциируется с хирургическими инфекциями, заболеваниями нижних дыхательных путей, а также пневмониями и септическими инфекциями [16, 17]. Особую тревогу вызывает распространение MRSA и его растущая значимость в этиологии внутрибольничных инфекций [12, 16], так как развитие устойчивости к β-лактамным антибиотикам часто сочетается с резистентностью к противомикробным препаратам других групп и представляет серьезную проблему для профилактики и лечения инфекций, вызванных золотистым стафилококком.

В проведенном исследовании бóльшая часть из 259 штаммов S. aureus, выделенных в детском стационаре, оказались чувствительными ко всем препаратам (83,8 % или 217 изученных культур). Удельный вес MDR-штаммов был невысок и составил всего 1,5 % (4 штамма) всех изученных штаммов S. aureus и 1,2 % всех MDR-стафилококков. Незначительным было количество XDR-штаммов (0,4 % всех изученных культур S. aureus и 0,4 % всех XDR-стафилококков). Чаще изоляты S. aureus проявляли устойчивость к азитромицину (13,9 %), амоксиклаву (2,3 %) и ципрофлоксацину (2,7 %). Единичные штаммы были устойчивы к гентамицину (1,2 %), оксациллину (1,2 %), а также к цефокситину (0,8 %). К линезолиду и ванкомицину были чувствительны все изученные культуры. Наборы детерминант резистентности золотистого стафилококка характеризовались меньшим разнообразием по сравнению с эпидермальным, число выявленных спектров, представленных комбинациями от одного до шести препаратов, оказалось в два раза меньшим (9 против 19). При этом доминировал спектр моноустойчивости к азитромицину (12,0 %). Спектр из 6 препаратов, выявленный у одного штамма, был представлен сочетанием Azm + Amc + Gn + Ox + Cip + Ckt и составлял 0,4 % (рис. 4).

 

Рис. 4. Спектры антибиотикорезистентности S. aureus. Azm — азитромицин, Amc — амоксиклав, Gn — гентамицин, Ox — оксациллин, Cip — ципрофлоксацин, Ckt — цефокситин

Fig. 4. Antimicrobial patterns of S. aureus. Azm – azithromycin, Amc – amoxiclav, Gn – gentamicin, Ox – oxacillin, Cip – ciprofloxacin, Ckt – cefoxitin

 

Среди 109 штаммов S. haemolyticus только два (1,9 %) оказались чувствительны ко всем антимикробным препаратам. Высокий удельный вес приходился на штаммы, устойчивые к азитромицину (97,3 %), ципрофлоксацину (93,6 %), гентамицину (92,7 %), оксациллину (92,7 %), цефокситину (92,7 %) и амоксиклаву (88,1 %). У гемолитических стафилококков выявлено 9 спектров антибиотикорезистентности (рис. 5), при этом 88,1 % (96 штаммов) обладали спектром, включающим 6 препаратов (Azm + Amc + Gn + Ox + Cip + Ckt). Два штамма (1,8 %) были резистентны к 5 препаратам (Azm + Gn + Ox + Cip + Ckt). К категории MDR принадлежал 101 штамм (92,7 % всех гемолитических и 31,1 % всех MDR-стафилококков). Удельный вес XDR-штаммов (98 изученных культур) составил 89,9 % общего числа гемолитических стафилококков и 34,5 % всех ХDR-стафилококков.

 

Рис. 5. Спектры резистентности S. haemolyticus. Azm — азитромицин, Amc — амоксиклав, Gn — гентамицин, Ox — оксациллин, Cip — ципрофлоксацин, Ckt — цефокситин

Fig. 5. Antimicrobial patterns of S. haemolyticus. Azm – azithromycin, Amc – amoxiclav, Gn – gentamicin, Ox – oxacillin, Cip – ciprofloxacin, Ckt – cefoxitin

 

Другие виды стафилококков также чаще были устойчивы к азитромицину. Так, среди S. hominis выявлено 60,5 % штаммов, устойчивых к этому препарату, среди S. warneri — 33,3 %, а среди S. capitis — 25,0 %. Чувствительными ко всем препаратам оказались 75,0 % S. capitis, 50,0 % S. warneri, 29,0 % S. hominis. Среди S. capitis не выявлено MDR- и XDR-штаммов. Среди изученных S. warneri оказался лишь 1 MDR-штамм (8,3 % всех S. warneri и 0,3 % всех MDR-стафилококков). Доля XDR-штаммов среди S. hominis составила 5,3 % всех S. hominis и 0,7 % всех XDR-стафилококков. Среди изолятов S. hominis и S. warneri обнаружены культуры, устойчивые к оксациллину, гентамицину и ципрофлоксацину. При этом среди S. hominis чаще встречались штаммы, устойчивые к ципрофлоксацину (21,1 %) и оксациллину (13,2 %), а среди изученных культур S. warneri к гентамицину (16,7 %) и оксациллину (16,7 %). Среди S. warneri и S. capitis не выявлено ни одного штамма, устойчивого к амоксиклаву, что существенно повышает терапевтическую ценность ингибиторозащищенных пенициллинов для терапии инфекций, вызванных этими видами стафилококков.

Заключение

Таким образом, в многопрофильном детском стационаре Санкт-Петербурга в 2019 г. были выявлены стафилококки 6 видов, при этом доля отдельных видов в разных отделениях оказалась неодинаковой. Так, в отделениях, где находятся наиболее ослабленные дети (отделение патологии новорожденных и реанимационные отделения), доминировал S. epidermidis (63,0 и 46,2 % соответственно), в хирургических и терапевтических отделениях — S. aureus (61,7 и 46,2 % соответственно). Более половины (63,0 %) всех выделенных штаммов оказались устойчивыми хотя бы к одному антимикробному препарату, при этом во всех отделениях встречались MDR- и XDR-изоляты, составившие треть всех выделенных культур (37,8 и 33,0 % соответственно) и преобладавшие в отделениях патологии новорожденных и реанимации. Доля антибиотикорезистентных штаммов была самой большой среди S. haemolyticus (98,1 %) и S. epidermidis (82,0 %), в то время как удельный вес резистентных, а также MDR- и XDR-штаммов был крайне низким среди S. aureus (16,2, 1,5 и 0,4 % соответственно). Количество штаммов MRSA было так же крайне незначительным (0,8 %), что соответствует современным тенденциям для стационаров России и мира. Высокую активность в отношении стафилококков проявляли ванкомицин, к которому отсутствовали устойчивые штаммы, и линезолид, к которому был выявлен только один резистентный изолят S. epidermidis. Большое число спектров антибиотикорезистентности стафилококков говорит о разнообразии генетических детерминант их устойчивости и свидетельствует о необходимости применения молекулярно-генетических методов для их детекции, что будет являться продолжением данного исследования, которое может быть использовано для создания паспорта антибиотикорезистентности стационара.

Дополнительная информация

Вклад авторов. Все авторы подтверждают соответствие своего авторства международным критериям ICMJE (все авторы внесли существенный вклад в разработку концепции, проведение исследования и подготовку статьи, прочли и одобрили финальную версию перед публикацией).

Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

Источник финансирования. Авторы заявляют об отсутствии внешнего финансирования при проведении исследования.

×

About the authors

D. P. Gladin

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Author for correspondence.
Email: gladin1975@mail.ru

MD, Cand. Sci. (Med.), Associate Professor, Head, Department of Microbiology, Virusology & Immunology

Russian Federation, Saint Petersburg

A. R. Khairullina

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Email: alinka_1614@mail.ru

6th year student of faculty General Medicine

Russian Federation, Saint Petersburg

A. M. Korolyuk

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Email: microb3@mail.ru

MD, Dr. Sci. (Med.), Professor, Department of Microbiology, Virusology & Immunology

Russian Federation, Saint Petersburg

N. S. Kozlova

North-Western State Medical University named after I.I. Mechnikov

Email: spbkns@gmail.com

MD, Associate Professor, Department of Medical Microbiology

Russian Federation, Saint Petersburg

O. V. Ananyeva

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Email: olgaaov@gmail.com

Bacteriologist of the Central Clinical Diagnostic Laboratory

Russian Federation, Saint Petersburg

O. G. Gorbunov

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Email: bak-gpmu@mail.ru

Head of Bacteriological Laboratory of the Central Clinical Diagnostic Laboratory

Russian Federation, Saint Petersburg

References

  1. Avdeev SN, Avedisova AS, Avetisov SE, et al. Federal’noe rukovodstvo po ispol’zovaniyu lekarstvennyh sredstv (formulyarnaya sistema). Moscow: Vidoks; 2017. (In Russ.)
  2. Avchinnikov AV, Egoricheva SD. Hygienic aspects of prevention of healthcare associated infection in maternity homes. Vestnik of the Smolensk State Medical Academy. 2015;14(3):92–96. (In Russ.)
  3. Alekseev VV, Alipov AN, Andreev VA, et al. Medicinskie laboratornye tekhnologii. Moscow: GEOTAR-Media; 2013. (In Russ.)
  4. Gostev VV, Kalinogorskaja OS, Kruglov AN, Sidorenko SV. Antibiotic Resistance of Coagulase-Negative Staphylococci Isolated at Hospitals of St. Petersburg and Moscow. Antibiotics and Chemotherapy. 2015;60(9–10):23–28. (In Russ.)
  5. Dzhioev JuP, Zlobin VI, Salovarova VP, et al. Analysis of the “superbacteria” issue and contemporary approaches to its solution. Proceedings of Universities. Applied Chemistry and Biotechnology. 2019;9(4):665–678. (In Russ.) doi: 10.21285/2227-2925-2019-9-4-665-678
  6. Dyatlov IA, Detusheva EV, Mitsevich IP, et al. Sensitivity and formation of stability to antiseptics and disinfectants in hospital infections. Bacteriology. 2017;2(2):48–58. (In Russ.) doi: 10.20953/2500-1027-2017-2-48-58
  7. Ivanov DO, Atlasov VO, Bobrov SA, et al. Rukovodstvo po perinatologii. Saint Petersburg: Inform-Navigator; 2015. 1214 p. (In Russ.)
  8. Kozlova NS, Barantsevich EP, Barantsevich NE, Goik VG. Antibiotic resistance of staphylococci isolated from blood. Nauchnoe obozrenie. 2014;3:184–190. (In Russ.)
  9. Kozlova NS, Barantsevich NE, Ivanova LV, et al. Susceptibility to antibiotics in nosocomial staphylococci from multidisciplinary hospital. Problems in Medical Mycology. 2015;17(4):58–62. (In Russ.)
  10. Kozlova NS, Barantsevich NE, Barantsevich EP. Antibiotic resistance of pathogens of purulent-septic infections in a multidisciplinary hospital. Problems in Medical Mycology. 2018;20(1):40–48. (In Russ.)
  11. Nikolaeva IV, Anokhin VA. Staphylococcal infections in pediatrics. Practical Medicine. 2010;(1):24–27. (In Russ.)
  12. Romanov AV, Dekhnich AV, Sukhorukova MV, et al.; Study group “MARAFON”. Аntimicrobial resistance of nosocomial Staphylococcus aureus isolated in Russia: results of the national multicenter epidemiological study “MARATHON” 2013–2014. Clinical Microbiology and Antimicrobial Chemotherapy. 2017;19(1):57–62. (In Russ.)
  13. O sanitarno-epidemiologicheskoy obstanovke v Rossiyskoy federatsii v 2014 godu: Gosudarstvennyy doklad Moscow: Federal’naya sluzhba po nadzoru v sfere zashchity prav potrebitelya i blagopoluchiya cheloveka. Tsentr gigieny i epidemiologii Rospotrebnadzora. 2015. 206 p.
  14. Labinskaja AS, Volgina EG, Kovaleva EP, eds. Rukovodstvo po medicinskoj mikrobiologii. Kniga III. Tom 2. Opportunisticheskie infekcii: kliniko-jepidemiologicheskie aspekty. Moscow: BINOM; 2014 (In Russ.)
  15. Shihverdiev NN, Hubulava GG, Marchenko SP, et al. The choice of an antibacterial drug for topical use in the prevention of sternal infection. Pediatr. 2017;8(2): 89–93. doi: 10.17816/PED8289-93 (In Russ.)
  16. Yakovlev SV, Protsenko DN, Shakhova TV, et al. Antibiotic Resistance in Hospital: Do we control the situation? Antibiotics and Chemotherapy. 2010;55(1–2): 50–58. (In Russ.)
  17. Antonelli A, Giani T, Coppi M, et al. Staphylococcus aureus from hospital-acquired pneumonia from an Italian nationwide survey: activity of ceftobiprole and other anti-staphylococcal agents, and molecular epidemiology of methicillin-resistant isolates. J Antimicrob Chemother. 2019;7(12):3453–3461. doi: 10.1093/jac/dkz371
  18. Becker K, Heilmann C, Peters G. Coagulase-negative staphylococci. Clin Microbiol Rev. 2014;27(4): 870–926. doi: 10.1128/CMR.00109-13
  19. Blanchard AC, Fortin E, Laferrie’re C, et al. Comparative effectiveness of linezolid versus vancomycin as definitive antibiotic therapy for heterogeneously resistant vancomycin-intermediate coagulase-negative staphylococcal central-line-associated bloodstream infections in a neonatal intensive care unit. J Antimicrob Chemother. 2017;72(6):1812–1817. doi: 10.1093/jac/dkx059
  20. Blane B., Raven K., Leek D., et al. Rapid sequencing of MRSA direct from clinical plates in a routine microbiology laboratory. J Antimicrob Chemother. 2019;74(8):2153–2156. doi: 10.1093/jac/dkz170
  21. Butin M, Martins-Simoes P, Pichon B, et al. Emergence and dissemination of a linezolid-resistant Staphylococcus capitis clone in Europe. J Antimicrob Chemother. 2017;72(4):1014–1020. doi: 10.1093/jac/dkw516
  22. Conen A, Walti L, Merlo A, et al. Characteristics and treatment outcome of cerebrospinal fluid shunt-associated infections in adults: a retrospective analysis over an 11-year period. Clin Infect Dis. 2008;47: 73–82. doi: 10.1086/588298
  23. De Oliveira D, Forde B, Kidd T, et al. Antimicrobial Resistance in ESKAPE Pathogens. Clin Microbiol Rev. 2020;33(3):1–49. doi: 10.1128/CMR.00181-19
  24. Hellmark B, Unemo M, Nilsdotter-Augustinsson A, Soderquist B. Antibiotic susceptibility among Staphylococcus epidermidis isolated from prosthetic joint infections with special focus on rifampicin and variability of the rpoB gene. Clin Microbiol Infect. 2009;15(3): 238–244. doi: 10.1111/j.1469-0691.2008.02663
  25. Humphries R, Magnanom P, Burnham C, et al. Evaluation of Surrogate Tests for the Presence of mecA-Mediated Methicillin Resistance in Staphylococcus capitis, Staphylococcus haemolyticus, Staphylococcus hominis, and Staphylococcus warneri. J Clin Microbiol. 2020;59(1): e02290–20. doi: 10.1128/JCM.02290-20
  26. Krediet T, Jones M, Janssen K, et al. Prevalence of molecular types and mecA gene carriage of coagulase-negative Staphylococci in a neonatal intensive care unit: relation to nosocomial septicemia. J Clin Microbiol. 2001;39:3376–3378. doi: 10.1128/JCM.39.9.3376-3378.2001
  27. Lakhundi S, Zhang K. Methicillin-Resistant Staphylococcus aureus: Molecular Characterization, Evolution, and Epidemiology. Clin Microbiol Rev. 2018;31(4): 1–103. doi: 10.1128/CMR.00020-18
  28. Littorin C, Hellmark B, Nilsdotter-Augustinsson Å, Söderquist B. In vitro activity of tedizolid and linezolid against Staphylococcus epidermidis isolated from prosthetic joint infections. Eur J Clin Microbiol & Infect Dis. 2017;36(9):1549–1552. doi: 10.1007/s10096-017-2966-z
  29. Naccache S, Callan K, Burnham C, et al. Evaluation of oxacillin and cefoxitin disk diffusion and microbroth dilution methods for detecting mecA-mediated β-lactam resistance in contemporary Staphylococcus epidermidis isolates. J Clin Microbiol. 2019;57(12): 1–10. doi: 10.1128/JCM.00961-19
  30. Raad I. Intravascular-catheter-related infections. Lancet. 1998;351(9106):893–898. doi: 10.1016/S0140-6736(97)10006-X
  31. Sadovskaya I, Vinogradov E, Flahaut S, et al. Extracellular carbohydrate-containing polymers of a model biofilm-producing strain Staphylococcus epidermidis. Infect Immun. 2005;73(5):3007–3017. doi: 10.1128/IAI.73.5.3007-3017.2005
  32. Tong S, Davis J, Eichenberger E, et al. Staphylococcus aureus infections: epidemiology, pathophysiology, clinical manifestations, and management. Clin Microbiol Rev. 2015;28(3):603–661. doi: 10.1128/CMR.00134-14
  33. Watkins R, Holubar M, David M. Antimicrobial resistance in methicillin-resistant Staphylococcus aureus to newer antimicrobial agents. Antimicrob Agents Chemother. 2019;63(12): e01216–e1219. doi: 10.1128/AAC.01216-19
  34. Widerstrom M, Wistrom J, Sjostedt A, Monsen T. Coagulase-negative staphylococci: update on the molecular epidemiology and clinical presentation, with a focus on Staphylococcus epidermidis and Staphylococcus saprophyticus. Eur J Clin Microbiol & Infec. Dis. 2012;31(1):7–20. doi: 10.1007/s10096-011-1270-6

Supplementary files

Supplementary Files
Action
1. JATS XML
Download
2. Fig. 1. Frequency of occurrence of staphylococcal strains sensitive and resistant to antibacterial drugs in the hospital

Download (114KB)
Indexing metadata
3. Fig. 2. Occurrence of MDR and XDR staphylococcal strains in the different departments of the hospital

Download (138KB)
Indexing metadata
4. Fig. 3. Most common antimicrobial susceptibility patterns of S. epidermidis. Azm – azithromycin, Amc – amoxiclav, Gn – gentamicin, Ox – oxacillin, Cip – ciprofloxacin, Ckt – cefoxitin

Download (145KB)
Indexing metadata
5. Fig. 4. Antimicrobial patterns of S. aureus. Azm – azithromycin, Amc – amoxiclav, Gn – gentamicin, Ox – oxacillin, Cip – ciprofloxacin, Ckt – cefoxitin

Download (147KB)
Indexing metadata
6. Fig. 5. Antimicrobial patterns of S. haemolyticus. Azm – azithromycin, Amc – amoxiclav, Gn – gentamicin, Ox – oxacillin, Cip – ciprofloxacin, Ckt – cefoxitin

Download (114KB)
Indexing metadata

Copyright (c) 2021 Gladin D.P., Khairullina A.R., Korolyuk A.M., Kozlova N.S., Ananyeva O.V., Gorbunov O.G.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.
 


Согласие на обработку персональных данных с помощью сервиса «Яндекс.Метрика»

1. Я (далее – «Пользователь» или «Субъект персональных данных»), осуществляя использование сайта https://journals.rcsi.science/ (далее – «Сайт»), подтверждая свою полную дееспособность даю согласие на обработку персональных данных с использованием средств автоматизации Оператору - федеральному государственному бюджетному учреждению «Российский центр научной информации» (РЦНИ), далее – «Оператор», расположенному по адресу: 119991, г. Москва, Ленинский просп., д.32А, со следующими условиями.

2. Категории обрабатываемых данных: файлы «cookies» (куки-файлы). Файлы «cookie» – это небольшой текстовый файл, который веб-сервер может хранить в браузере Пользователя. Данные файлы веб-сервер загружает на устройство Пользователя при посещении им Сайта. При каждом следующем посещении Пользователем Сайта «cookie» файлы отправляются на Сайт Оператора. Данные файлы позволяют Сайту распознавать устройство Пользователя. Содержимое такого файла может как относиться, так и не относиться к персональным данным, в зависимости от того, содержит ли такой файл персональные данные или содержит обезличенные технические данные.

3. Цель обработки персональных данных: анализ пользовательской активности с помощью сервиса «Яндекс.Метрика».

4. Категории субъектов персональных данных: все Пользователи Сайта, которые дали согласие на обработку файлов «cookie».

5. Способы обработки: сбор, запись, систематизация, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передача (доступ, предоставление), блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

6. Срок обработки и хранения: до получения от Субъекта персональных данных требования о прекращении обработки/отзыва согласия.

7. Способ отзыва: заявление об отзыве в письменном виде путём его направления на адрес электронной почты Оператора: info@rcsi.science или путем письменного обращения по юридическому адресу: 119991, г. Москва, Ленинский просп., д.32А

8. Субъект персональных данных вправе запретить своему оборудованию прием этих данных или ограничить прием этих данных. При отказе от получения таких данных или при ограничении приема данных некоторые функции Сайта могут работать некорректно. Субъект персональных данных обязуется сам настроить свое оборудование таким способом, чтобы оно обеспечивало адекватный его желаниям режим работы и уровень защиты данных файлов «cookie», Оператор не предоставляет технологических и правовых консультаций на темы подобного характера.

9. Порядок уничтожения персональных данных при достижении цели их обработки или при наступлении иных законных оснований определяется Оператором в соответствии с законодательством Российской Федерации.

10. Я согласен/согласна квалифицировать в качестве своей простой электронной подписи под настоящим Согласием и под Политикой обработки персональных данных выполнение мною следующего действия на сайте: https://journals.rcsi.science/ нажатие мною на интерфейсе с текстом: «Сайт использует сервис «Яндекс.Метрика» (который использует файлы «cookie») на элемент с текстом «Принять и продолжить».