Suicide risk in adolescents with deviant behavior and different hardiness levels

Full Text

АКТУАЛЬНОСТЬ

В последние годы регистрируется увеличение количества суицидов, которые занимают третье место среди причин смерти несовершеннолетних старшего подросткового возраста. Сделано предположение о возможно большей распространенности подростковых суицидов за счет их регистрации как несчастные случаи [2]. Актуальность рассматриваемой проблемы доказывается в ряде исследований. Так, при обследовании 451 учащегося 6–9 классов общеобразовательных школ с нормативным поведением обнаружился факт наличия высокой склонности к суицидальному поведению, «у более трети респондентов выявлен высокий уровень антивитальных переживаний, ощущение потери смысла жизни, обесценивание значимости собственной личности, неблагополучие во взаимоотношениях с ближайшим окружением» [8].

В последние годы разрабатываются программы немедицинского профиля превенции суицидального поведения. Эффективность предложенных программ также является объектом научного анализа. Несмотря на довольно многочисленные разработки программ превенции суицидальности у подростков, распространенность суицидального риска не снижается. Так, при анализе 15 апробированных русскоязычных программ превенции отмечается, что 13 из них направлены на психокоррекционную работу с подростками с целью повышения стрессоустойчивости, навыков саморегуляции, повышения самооценки и т. д., в ряде случаев с привлечением близких к ним взрослых [13]. В другом теоретическом обзоре для изучения отобраны так же 13 программ, в которые входят, в том числе, занятия с родителями подростков и их учителями [4, 5]. В результате анализа авторы пришли к выводу о низкой эффективности информирования окружающих подростка взрослых как фактора превенции подростковых суицидов.

В связи с этим идет поиск детерминант, определяющих степень суицидального риска у подростков. Представляется целесообразным обратиться к феномену «жизнестойкости» как личностному ресурсу, связанному с адаптационным потенциалом, совладающим поведением.

Ряд авторов на основании эмпирических обследований подростков констатировали факт обратной связи между жизнестойкостью и суицидальным риском у подростков [1, 15]; чем ниже жизнестойкость и показатель вовлеченности, тем больше склонность к девиантному поведению [10]; отсутствие гендерных различий по показателям жизнестойкости с более высоким суицидальным риском у девочек [14]; средний уровень жизнестойкости выявляется у половины подростков мужского и женского пола с нормативным поведением со средним и высоким уровнем суицидального риска у каждого четвертого из них [3], может служить основой для снижения суицидального риска [16]. В другом эмпирическом исследовании при обследовании 90 подростков 15–18 лет, учащихся в учреждении среднего профессионального образования, выявлен низкий уровень жизнестойкости с высоким суицидальным риском в нестандартных ситуациях у 31 % подростков, наряду с этим высокий уровень жизнестойкости у 56 % из них; компоненты жизнестойкости имеют связи отрицательные с депрессией и положительные с активностью, стрессоустойчивостью [6]. Интересные результаты получены в ходе другого исследования, где средний уровень жизнестойкости у суицидентов, у лиц с тяжелыми соматическими заболеваниями и соматически здоровых встречается практически у каждого второго респондента, тогда как высокий уровень жизнестойкости наблюдается у половины соматически больных и здоровых респондентов и только у 10 % суицидентов и, соответственно, у 40 % из них низкий уровень жизнестойкости [7], суицидальное поведение в анамнезе можно соотнести по негативному воздействию на жизнестойкость и стрессоустойчивость подростков из неблагополучных семей [9].

Таким образом, анализ научных публикаций свидетельствует о том, что жизнестойкость несомненно влияет на риск суицидального поведения, но эмпирических исследований показателей суицидального риска у подростков с девиантным поведением с учетом показателей и уровней жизнестойкости явно недостаточно.

Цель исследования — изучение показателей суицидального риска у подростков с девиантным поведением с разным уровнем жизнестойкости.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

В исследовании приняли участие 63 подростка 14–17 лет с опытом употребления психоактивных веществ, мелких краж, актов вандализма, прогулов уроков в школе и т. д. Исследование проводилось при помощи краткой версии теста жизнестойкости в модификации Е.Н. Осина и Е.И. Рассказовой [11]. По результатам методики сформированы две группы: 1-я группа — 28 (44 %) подростков с низким уровнем жизнестойкости и 30 (48 %) подростков со средним уровнем жизнестойкости; 5 (8 %) — подростков с высоким уровнем жизнестойкости были исключены из исследования. Суицидальный риск исследовался с помощью опросника суицидального риска А.Г. Шмелева в адаптации Т.Н. Разуваевой [12]. Для статистической обработки результатов исследования применяли программный пакет SPSS, с помощью которого рассчитывали описательные статистики (M ± S), U-критерий Манна – Уитни, а также осуществляли корреляционный анализ (коэффициент Спирмена, r).

РЕЗУЛЬТАТЫ

Результаты исследования компонентов жизнестойкости у подростков с девиантным поведением с низким/средним уровнем жизнестойкости представлены в табл. 1. Полученные результаты констатируют факт статистически значимого снижения выраженности всех компонентов жизнестойкости у подростков с девиантным поведением с низким уровнем жизнестойкости по сравнению с подростками с девиантным поведением при среднем уровне.

 

Таблица 1. Описательные статистики компонентов жизнестойкости у подростков с девиантным поведением с разным уровнем жизнестойкости

Table 1. Descriptive statistics of components of hardiness in adolescents with deviant behavior and different hardiness levels

Компоненты / Components	Низкий уровень жизнестойкости / Low hardiness level (M ± S)	Средний уровень жизнестойкости / Medium hardiness level (M ± S)	U-критерий Манна – Уитни / Mann–Whitney U-test
Вовлеченность / Commitment	14,03 ± 3,78	21,03 ± 3,03	0,000***
Контроль / Control	11,14 ± 3,42	17,00 ± 2,47	0,000***
Принятие риска / Challenge	6,71 ± 2,52	11,70 ± 3,01	0,000***
Примечание / Note. ***p < 0,001.

 

Результаты исследования показателей суицидального риска у подростков с девиантным поведением с низким/средним уровнем жизнестойкости представлены в табл. 2.

 

Таблица 2. Описательные статистики суицидального риска у подростков с девиантным поведением с разным уровнем жизнестойкости

Table 2. Descriptive statistics of suicide risk in adolescents with deviant behavior and different hardiness levels

Параметры / Indicators	Низкий уровень жизнестойкости/ Low hardiness level (M ± S)	Средний уровень жизнестойкости/ Medium hardiness level (M ± S)	U-критерий Манна – Уитни / Mann –Whitney U-test
Демонстративность / Demonstrativeness	2,48 ± 1,45	2,12 ± 1,24	0,324
Аффективность / Affectivity	3,61 ± 1,89	2,97 ± 1,71	0,155
Уникальность / Uniqueness	2,31 ± 1,49	1,48 ± 1,46	0,043*
Несостоятельность / Failure	3,85 ± 1,93	2,50 ± 1,90	0,010**
Социальный пессимизм / Social pessimism	3,25 ± 1,32	2,76 ± 1,27	0,145
Слом культурных барьеров / Breaking down cultural barriers	2,46 ± 1,76	2,22 ± 1,53	0,484
Максимализм / Maximalism	2,05 ± 1,98	1,92 ± 2,15	0,716
Временная перспектива / Time perspective	2,98 ± 1,43	1,43 ± 1,32	0,000***
Антисуицидальный фактор / Antisuicidal factor	3,77 ± 2,47	4,58±2,32	0,186
Примечание / Note. *p < 0,05; **p < 0,01; ***p < 0,001.

 

Все показатели суицидального риска более выражены у подростков с девиантным поведением с низким уровнем жизнестойкости по сравнению с подростками со средним уровнем. При этом более высокие значения на статистически значимом уровне обнаружены по таким показателям суицидального риска, как «уникальность», «несостоятельность» и с наибольшей разницей «временная перспектива». Результаты корреляционного анализа проиллюстрированы в табл. 3.

 

Таблица 3. Взаимосвязи компонентов жизнестойкости и показателей суицидального риска у подростков с девиантным поведением с низким уровнем жизнестойкости, r_s

Table 3. Correlation between components of hardiness and indicators of suicide risk in adolescents with deviant behavior and low hardiness level, r_s

Шкала / Factor	Низкий уровень жизнестойкости / Low hardiness level		Средний уровень жизнестойкости / Medium hardiness level
	Показатель суицидального риска / Indicators of suicide risk
	аффективность / аffectivity	максимализм / maximalism	несостоятельность / failure
Вовлеченность / Commitment	–0,424*	0,030	–0,545**
Контроль / Control	–0,211	–0,447*	–0,086
Принятие риска / Challenge	0,101	0,335	0,143
Примечание / Note. *p < 0,05; **p < 0,01.

 

Такие компоненты жизнестойкости, как «Вовлеченность» и «Контроль» связаны всего с тремя из девяти показателей суицидального риска (табл. 3). Компонент «Принятие» не имеет статистически значимых связей ни с одним из показателей суицидального риска у подростков с девиантным поведением вне зависимости от уровня жизнестойкости. В результате проведения корреляционного анализа обнаружен интересный факт связи на уровне между показателями суицидального риска «Демонстративность», «Аффективность», «Уникальность», «Несостоятельность», «Временная перспектива» как при низком, так и при средним уровне жизнестойкости у подростков с девиантным поведением. Выявлено также, что показатели суицидального риска «Слом культурных барьеров» при низком уровне жизнестойкости и «Антисуицидальный фактор» при среднем уровне жизнестойкости не коррелируют ни с одним из рассматриваемых показателей.

ОБСУЖДЕНИЕ

Выявленная более низкая выраженность всех компонентов жизнестойкости при ее низком уровне у подростков с девиантным поведением свидетельствует о неуверенности в себе, чувстве «отверженности» сверстниками и близкого круга взрослых, чувстве незащищенности от воздействий внешнего мира и невозможности контроля за событиями в своей жизни с беспомощностью в решении возникающих проблем. Совокупность низких значений компонента жизнестойкости «Принятие риска» (p < 0,001) и высоких значений показателя суицидального риска «Временная перспектива» (p < 0,001) указывает на пассивную жизненную позицию у подростков с девиантным поведением с низким уровнем жизнестойкости по сравнению с подростками с девиантным поведением со средним уровнем. Это проявляется в сужении у них круга интересов, нежелании предпринимать волевые усилия при обучении в школе и приобретении жизненного опыта, в ориентации на сиюминутное проживание без конкретных поэтапных жизненных планов в ближайшей и дальней перспективе, отказ от любых видов деятельности при незначительных трудностях, низкая оценка своих возможностей и предупреждающее переживание возможных неудач. Выявленная отрицательная «Я-концепция» при низком уровне жизнестойкости у подростков с девиантным поведением находит подтверждение в высоких значениях показателей суицидального риска «Несостоятельность» (p < 0,01) и «Уникальность» (p < 0,05) с подростками группы сравнения. Наибольшую тревогу вызывает сочетание субъективной оценки тотальной несостоятельности во всех сферах жизнедеятельности с восприятием нестандартности собственной жизненной ситуации, что повышает суицидальный риск у подростков с девиантным поведением с низким уровнем жизнестойкости. Наряду с этим следует отметить у рассматриваемой группы подростков фактор, снижающий суицидальный риск — «Слом культурных барьеров», корреляционные связи которого с остальными показателями суицидального риска не выявлены. Иными словами, подростки с девиантным поведением с низким уровнем жизнестойкости не склонны к импульсивным суицидальным попыткам, модели суицидального поведения у них не сформированы; суицидальный риск у них связан с внешними ситуационными причинами.

Корреляционный анализ показателей суицидального риска и компонентов жизнестойкости у подростков с девиантным поведением с низким уровнем жизнестойкости указывает на связь интереса и вовлеченности в события окружающей жизни с понижением эмоционального реагирования на возникающие трудности. Наряду с этим, у подростков с девиантным поведением со средним уровнем жизнестойкости повышение субъективного представления о собственной состоятельности коррелирует со снижением суицидального риска. При среднем уровне жизнестойкости у подростков с девиантным поведением выявляется связь между контролем над событиями собственной жизни со снижением инфантильной, «черно-белой» их оценки. Обращает на себя внимание, что компонент жизнестойкости «Принятие риска» не коррелирует ни с одним из показателей суицидального риска, следовательно, подростки с девиантным поведением в принципе недостаточно активны в усвоении знаний через опыт в условиях неопределенности, когда нет гарантированного, по их мнению, успеха.

У подростков с девиантным поведением со средним уровнем жизнестойкости был обнаружен фактор, резко повышающий суицидальный риск, — это отсутствие связей показателя «Антисуицидальный фактор» с любым другим показателем суицидального риска и компонентов жизнестойкости. Данный факт указывает на отсутствие «табу» на суицидальное поведение, его греховности на фоне сниженного чувства ответственности за родных. На основании этих данных можно утверждать, что суицидальный риск у подростков с девиантным поведением со средним уровнем жизнестойкости в большой степени определяется внутренними причинами.

ВЫВОДЫ

1. Распространенность низкого и среднего уровней жизнестойкости у подростков с девиантным поведением распределилась практически поровну, тогда как высокий уровень встречается менее чем у каждого десятого обследованного подростка. Выраженность компонентов жизнестойкости «Вовлеченность», «Контроль», «Принятие риска» статистически значимо ниже у подростков с девиантным поведением с низким уровнем жизнестойкости по сравнению с тем же контингентом подростков со средним уровнем.
2. У всех обследованных подростков с девиантным поведением обнаружен высокий суицидальный риск, но причины его могут быть различными. При низком уровне жизнестойкости у подростков с девиантным поведением выявленная субъективная оценка тотальной несостоятельности во всех сферах жизнедеятельности в сочетании с пассивной жизненной позицией, утратой контроля на фоне неспособности адекватного планирования ближайшего и отдаленного будущего повышает суицидальный риск; определяется в основном внешними причинами. При среднем уровне жизнестойкости суицидальный риск связан с допустимостью суицидального поведения со снижением ответственности перед близкими окружающими; определяется в основном внутренними причинами.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад авторов. Все авторы внесли существенный вклад в разработку концепции, проведение исследования и подготовку статьи, прочли и одобрили финальную версию перед публикацией.

Источник финансирования. Авторы заявляют об отсутствии внешнего финансирования при проведении исследования и подготовке публикации.

Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с проведенным исследованием и публикацией настоящей статьи.

Этическое утверждение. Все участники добровольно подписали форму информированного согласия до включения в исследование.

ADDITIONAL INFORMATION

Authors’ contribution. All authors made a substantial contribution to the conception of the study, acquisition, analysis, interpretation of data for the work, drafting and revising the article, final approval of the version to be published and agree to be accountable for all aspects of the study.

Funding source. This study was not supported by any external sources of funding.

Competing interests. The authors declare that they have no competing interests.

Ethical approval. All participants voluntarily signed an informed consent form prior to inclusion in the study.

About the authors

Irina A. Gorkovaya

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Author for correspondence.
Email: iralgork@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-1488-4746
SPIN-code: 1604-2157

Dr. Sci. (Psychology), Professor, Head, Department of Psychosomatics and Psychotherapy

Russian Federation, 2 Litovskaya str., Saint Petersburg, 194100

Vladimir I. Rozhdestvenskiy

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Email: countrozh@mail.ru
ORCID iD: 0009-0003-6356-8090
SPIN-code: 7731-6637

PhD, Associate Professor, Department of Psychosomatics and Psychotherapy

Russian Federation, 2 Litovskaya str., Saint Petersburg, 194100

Vlada V. Titova

Saint Petersburg State Pediatric Medical University

Email: vivlan2001@mail.ru
ORCID iD: 0009-0003-2706-0804
SPIN-code: 4313-6792

MD, PhD, Associate Professor, Department of Psychosomatics and Psychotherapy

Russian Federation, 2 Litovskaya str., Saint Petersburg, 194100

References

Supplementary files