Urinary biomarkers in children with kidney diseases taking into account obesity

Full Text

АКТУАЛЬНОСТЬ

Одна из серьезнейших проблем для России, как и для многих стран мира, в настоящее время — это ожирение [1, 12, 15]. Ожирение в детском возрасте, как и у взрослых, можно рассматривать как фактор риска развития хронических заболеваний, включая хроническую болезнь почек (ХБП) [11, 20]. Почки берут на себя функцию коррекции метаболизма при нарастающем избытке жира в организме и поэтому становятся одними из главных органов-мишеней, уязвимых при ожирении [8, 12]. У взрослых доказано, что вероятность снижения скорости клубочковой фильтрации (СКФ) менее 60 мл/мин значимо возрастает при наличии ожирения [10]. Характерная особенность начального поражения почек в условиях избыточного жироотложения — клубочковая гиперфильтрация [18]. У детей с ожирением независимым фактором риска поражения канальцев почек считается дислипидемия. Доказано, что у пациентов с нефропатиями на фоне висцерального ожирения липидный спектр сыворотки крови характеризуется повышением атерогенности липидов при снижении холестерина липопротеинов высокой плотности, увеличением общего холестерола, липопротеидов очень низкой плотности в сочетании с гиперлептинемией и нарушением толерантности к глюкозе [3]. При ХБП III–IV стадии в жировой ткани пациентов, страдающих ожирением, были обнаружены повышенная экспрессия провоспалительных цитокинов и инфильтрация иммунокомпетентными клетками, что может ускорить развитие дисфункции почки и вести к потере функции нефрона [18, 19]. Для диагностики ХБП традиционно используются два основных показателя: СКФ и соотношение альбуминурия/креатининурия. Но концентрация креатинина в крови не может служить идеальным маркером патологии почек, так как его уровень варьирует в зависимости от многих неренальных факторов [9]. Поэтому в настоящее время в качестве диагностических критериев тубулярного почечного повреждения предложены такие биомаркеры, как: молекула повреждения почек — 1/kidney injury molecule (KIM-1), нейтрофильный желатиназо-ассоциированный липокалин — neutrophil gelatinase-associated lipocalin (NGAL), интерлейкин 18 — interleikin-18 (IL-18), бета-2 микроглобулин — beta-2-microglobulin (β₂-mg), которые не зависят от фильтрационной функции почек [7, 9, 11]. Данные маркеры уже достаточно хорошо изучены при болезнях почек, но при ожирении у детей практически не рассматривались.

Цель исследования — определение уровня мочевых маркеров тубулярного почечного повреждения (KIM-1, NGAL, IL-18, β₂-mg) у детей с заболеваниями почек на фоне ожирения.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

В исследование были включены 78 детей в возрасте от 7 до 15 лет: 40 детей с заболеваниями почек на фоне нормальной массы тела (группа 1) и 38 пациентов с заболеваниями почек на фоне ожирения, индекс массы тела (SDS ИМТ) ≥+2 (группа 2). Все дети находились на обследовании и лечении в БУЗ ВО «Воронежская областная детская клиническая больница № 1» в нефрологическом отделении. Заболевания почек включали следующую патологию: гломерулярные болезни — у 13 пациентов (6 — 15,0 %, 7 — 18,4 % по группам соответственно), инфекция мочевых путей — у 12, пиелонефрит — у 37 (23 — 57,5 %, 14 — 36,8 % по группам соответственно) и другие заболевания (без инфекции) — у 16 пациентов (9 — 22,5 %, 7 — 18,4 % по группам соответственно). Обследование было проспективным в период с 01.2019 по 06.2020. У всех обследованных детей, кроме клинического осмотра с определением физического развития, исследовали клинический и биохимический анализы крови, анализы мочи, проводили ультразвуковое исследование почек и мочевого пузыря. Параметры функционального состояния почек оценивали по пробе Зимницкого и по СКФ, рассчитанной по формуле Шварца [17].

Для исследования мочевых маркеров тубулярного повреждения почек первую утреннюю порцию мочи собирали в две пластиковые пробирки Vacuette (одна пробирка предназначалась для определения креатинина мочи, вторая — для исследования мочевых маркеров повреждения почек: NGAL, KIM-1, IL-18, β₂-mg). Моча детей хранилась в морозильной камере при температуре –70 °C, максимально до 6 мес. Исследование проводили на анализаторе Multiskan Go, (Thermo Fisher Scientific, Финляндия). Промывку планшета осуществляли с помощью планшета-отмывателя для иммуноферментного анализа Wellwash (Thermo Fisher Scientific, Финляндия), инкубацию (в случае необходимости) — с использованием термошейкера PST-60HL-4 (Biosan, Латвия). Использовали анализатор биохимический фотометрический кинетический АБхФк-02 «НПП-ТМ» со встроенным принтером по ТУ 9443-010-11254896-2002, с определением содержания креатинина (ООО НПП «Техномедика», Россия).

Мочу центрифугировали 10 мин при 3000 об/мин для получения надосадочной жидкости, использовавшейся в дальнейшей работе.

Исследование специфических маркеров в моче проводили с использованием наборов реагентов: 1) для определения содержания креатинина в моче методом Яффе без депротеинизации, колориметрический, кинетика по двум точкам. Длина волны в пределах 490–510 нм, линейность в диапазоне от 35,4 до 1350 мкмоль/л. Чувствительность 25 мкмоль/л. Мочу разводили в 50 раз (полученные концентрации умножили на 50). Серия 0110520, № 10 102, дата изготовления 27.05.20, АО «Диакон-ДС», Россия; 2) для количественного определения NGAL в моче методом иммуноферментного анализа (набор на 96 определений). Длина волны 450 нм. Чувствительность 0,02 нг/мл. Разведение мочи 1 : 10 (полученные концентрации умножили на 10), кат. № RD191102200R, лот Е 20–031, годен до 03.2021, произведено BioVendor Research and Diagnostic Products, Чешская Республика; 3) для количественного определения β₂-mg в моче методом непрямого твердофазного иммуноферментного анализа. Фотометрия при длине волны 450 нм. Чувствительность 0,1 мкг/мл. Разведение в 10 раз (полученные концентрации увеличили в 10 раз). Orgentec Diagnostika GmbH, кат. № ORG 5 BM, лот 2003762, годен до 06.10.2021. Произведено ORGENTEC Diagnostika GmbH, Германия; 4) для количественного определения KIM-1 в моче методом иммуноферментного анализа. Фотометрия при длине волны 450 нм. Чувствительность 3,13 пг/мл. Разведение 1 : 4 (полученные концентрации умножили на 5). Cioud-Clone Corp., кат. № SEA785Hu, серия 7С20637А38, лот 200826373, годен до 04.2021, Китай; 5) для количественного определения IL-18 в моче методом иммуноферментного анализа. Фотометрия при длине волны 450 нм. Чувствительность 9 пг/мл. Разведение не требуется. Invitrogen, BenderMwdSystems GmbH, кат. № BMS267-2, лот 236202-001, годен до 09.2021, Австрия.

Статистические методы исследования

Статистический анализ данных проводили с помощью пакета программ Microsoft Office Excel 2010, Statistica v.6.0. Обработку данных осуществляли с расчетом средней арифметической (М), стандартного отклонения (σ), медианы и интерквартильного размаха (Ме [Q₁; Q₃]). Для качественных признаков вычисляли значения абсолютной и относительной частоты встречаемости. Для сравнения показателей физического развития у детей использовали Z-оценки (Z-score) длины тела для возраста (HAZ), массы тела для возраста (WAZ) и ИМТ для возраста (BAZ), вычисленные по стандартной методике Всемирной организации здравоохранения с использованием программ WHO AntroPlus и WHO Antro [22] .

Проверку согласия наблюдаемых распределений с нормальным осуществляли с использованием теста Шапиро – Уилкса. При наличии малых выборок и опровержении гипотезы о нормальности распределения для выявления различий между двумя группами применяли непараметрический критерий Манна – Уитни. Для оценки статистической значимости качественных показателей использовали точный критерий Фишера. Если ожидаемое значение было >10 — критерий χ² Пирсона. Корреляционный анализ проводили с использованием коэффициента ранговой корреляции Спирмена (R).

Различия между переменными считались статистически значимыми при р < 0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Согласно статистическому сравнению дети двух обследованных групп не различались между собой по полу и возрасту (табл. 1), но отличались по Z-оценкам ИМТ, которые у детей 2-й группы превышали нормативные показатели и показатели детей 1-й группы. У всех детей 2-й группы имело место экзогенно-конституциональное ожирение. В отношении Z-оценок длины тела дети двух исследуемых групп не различались; Z-оценки соответствовали норме (Z = от –1 до +1). В табл. 2 приведены клинико-лабораторные параметры обследованных детей.

 

Таблица 1 / Table 1 Пол, возраст, Z-оценки длины и индекса массы тела (ИМТ) обследованных детей Gender, age, Z-scores of height and body mass index (BMI) of examined children
Группа детей / Groups of children	Мальчики/девочки / Boys / girls	Возраст / Age Me [Q1; Q3]	Z-оценки длины тела (HAZ) / Z-score of height (HAZ) Me [Q25; Q75]	Z-оценки ИМТ (BAZ) / Z-score of BMI (HAZ) Me [Q25; Q75]
Группа 1 / Group 1 (n = 40)	18/22 (45,0 % / 55,0 %)	11,00 [7, 00; 14, 00]	0,39 [–0,45; 1,06]	–0,26 [–1,20; 0,65]
Группа 2 / Group 2 (n = 38)	16/22 (42,2 % / 57,8 %)	13,00 [7, 00;15, 00]	0,46 [–0,04; 1,55]	2,35 [1, 8625; 2, 82]
р	0,49 **	0,49 *	0,81 *	0,000000 *
Примечание. Me — медиана, [Q1; Q3] — интерквартильный размах. * U-критерий Манна – Уитни; ** критерий χ2 Пирсона. Note. Me — median; [Q1; Q3] — interquartile range. *Mann–Whitney U-test; **χ2 Pirson test.

 

Согласно данным, приведенным в табл. 2, дети двух обследуемых групп достоверно не различались по большинству лабораторных показателей крови и мочи, а также по уровню артериального давления, как систолического, так и диастолического. Отличия в общем анализе крови обнаружены только по уровню гемоглобина (при наличии ожирения он был достоверно выше); но все приведенные в таблице лабораторные параметры не превышали норму ни у одного ребенка.

 

Таблица 2 / Table 2 Сравнение некоторых клинико-лабораторных показателей у обследуемых детей, Me [Q1; Q3] Comparison of some clinical and laboratory parameters in examined children, Me [Q1; Q3]
Показатель / Parameter	Группа 1 / Group 1 (n = 40)	Группа 2 / Group 2 (n = 40)	р *
Систолическое артериальное давление (центиль), мм рт. ст. / Systolic AP (centile), mm of mercury	63,00 [41, 5; 74, 7]	69,00 [41, 25; 81, 0]	0,21
Диастолическое артериальное давление (центиль), мм рт. ст. / Diastolic AP (centile), mm of mercury	56,00 [35, 3; 71, 00]	64,00 [49, 5; 79, 0]	0,62
Глюкоза крови, ммоль/л / Blood glucose, mmol/l	4,99 [4, 75; 5, 22]	4,9 [4, 6; 5, 3]	0,64
Аланинаминотрансфераза, Ед/л / ALAT, U/L	13,4 [9, 1; 15, 0]	17,50 [13, 65; 36, 8]	0,93
Аспартатаминотрансфераза, Ед/л / ASAT, U/L	30,20 [24, 2; 32, 5]	20,95 [16, 8; 27, 1]	0,58
Мочевина сыворотки крови, ммоль/л / Urea of serum, mmol/l	3,90 [3, 32; 4, 50]	3,8 [3, 4; 4, 40]	0,65
Креатинин сыворотки, мг/дл / Serum creatinine, mg/dl	0,67 [0, 59; 0, 85]	0,76 [0, 65; 0, 89]	0,36
Скорость клубочковой фильтрации, мл/(мин · 1,73 м2) / GFR ml/(min · 1,73 m2)	116,5 [104, 8; 133, 7]	114,89 [104, 5; 127, 5]	0,1
Общий белок, г/л / Total protein, g/l	74,1 [71, 1; 78, 1]	75,1 [71, 7; 78, 0]	0,71
Гемоглобин, г/л / Hemoglobin, g/l	136,0 [128, 3; 142, 00]	139,0 [133, 0; 148, 5]	0,04
Лейкоциты крови, тыс. мкл / Blood leukocytes, th/μl	7,0 [5, 35; 8, 0]	7,2 [5, 8; 9, 65]	0,06
Скорость оседания эритроцитов, мм/ч / ESR, mm/h	4,0 [3, 0; 5, 75]	5,0 [2, 5; 8, 0]	0,22
Максисальный удельный вес мочи / Max spec. grav.	1023 [1015; 1026]	1021,5 [1015, 75; 1026, 25]	0,74
Ph мочи / Urine PH	5,0 [5, 0; 5, 75]	5,0 [5, 25; 5, 88]	0,13
Белок мочи, г/л / Urine protein, g/l	0 [0; 0]	0 [0; 0]	0,46
Эритроциты мочи, п/з / Urine red blood sells, f/v	0 [0; 0, 25]	0 [0; 0, 25]	0,34
Лейкоциты мочи, п/з / Urine leukocytes, f/v	0,45 [0, 1; 5, 9]	0,75 [0, 1; 5, 15]	0,89
Примечание. Me — медиана, [Q1; Q3] — интерквартильный размах. * U-критерий Манна – Уитни. Note. Me — median; [Q1; Q3] — interquartile range. * Mann–Whitney U Test.

 

Данные, полученные при исследовании маркеров повреждения почек (KIM-1, NGAL, IL-18, β₂-mg) в моче у детей вышеуказанных двух групп, представлены в табл. 3.

 

Таблица 3 / Table 3 Маркеры повреждения почек NGAL, KIM-1, IL-18, β2-mg мочи у обследованных детей, Me [Q1; Q3] Markers of kidney injury NGAL, KIM-1, IL-18, urine β2-mg in examined children, Me [Q1; Q3]
Группа детей / Group of children	Маркеры / Markers
	NGAL, нг/мл / ng/ml	KIM-1, пг/пл / pg/ml	IL-18, пг/мл / pg/ml	β2-mg, мкг/мл / μg/ml
Группа 1 / Group 1 (n = 40)	4,49 [1, 53; 7, 57]	1419,25 [993; 1888]	109,8 [89, 63;134, 97]	11,08 [3, 30; 19, 7]
Группа 2 / Group 2 (n = 38)	4,10 [0, 7; 6, 1]	2444,0 [1381; 3077]	109,60 [97, 4; 136, 1]	10,59 [2, 86; 19, 57]
р *	0,64	0,06	0,34	0,26
Примечание. Me — медиана, [Q1; Q3] — интерквартильный размах. * U-критерий Манна – Уитни. Note. Me — median; [Q1; Q3] — interquartile range. * Mann–Whitney U Test.

 

Значения KIM-1 в группе детей с ожирением имели более высокий уровень по сравнению с группой детей с заболеваниями почек при нормальной массе тела (табл. 3). Статистически значимых различий в показателях остальных трех мочевых маркеров у детей сравниваемых двух групп не установлено.

Поскольку изучаемые маркеры были представлены не только как их концентрация в моче, но и как их отношение к количеству (в мг) креатинина в моче (нормированные показатели), мы провели также и их сравнение. Результаты оказались следующими: различия между двумя группами детей приобрели статистическую значимость в отношении KIM-1/Cru (пг/мг). Нормированные показатели других маркеров не выявили значимых отличий между двумя исследуемыми группами детей (табл. 4).

 

Таблица 4 / Table 4 Маркеры повреждения почек (нормированные показатели) NGAL/Cru, KIM-1/Cru, IL-18/Cru, β2-mg/Cru у обследованных детей, Me [Q1; Q3] Markers of kidney injury (normalized indicators) NGAL/Cru, KIM-1/Cru, IL-18/Cru, β2-mg/Cru in examined children, Me [Q1; Q3]
Группа детей / Groups of children	Маркеры / Markers
	NGAL/Cru, нг/мг / ng/mg	KIM-1/Cru, пг/мг / pg/mg	IL-18/Cru, пг/мг / pg/mg	β2-mg/Cru, мкг/мг / μg/mg
Группа 1 / Group 1 (n = 40)	1,67 [0, 686; 13, 24]	1064,45 [632, 78; 1635, 74]	8,72 [5, 33; 16, 31]	4,92 [2, 56; 12, 92]
Группа 2 / Group 2 (n = 38)	2,47 [0, 82; 4, 26]	1630,564 [839, 33; 3318, 95]	13,50 [4, 71; 23, 47]	7,93 [5, 44; 13, 16]
р *	0,52	0,002445	0,12	0,06
Примечание. Me — медиана, [Q1; Q3] — интерквартильный размах. * U-критерий Манна – Уитни. Note. Me — median; [Q1; Q3] — interquartile range. * Mann–Whitney U Test.

 

Далее нами был проведен корреляционный анализ между изучаемыми мочевыми маркерами и некоторыми клинико-лабораторными показателями детей двух групп. Данные такого анализа для обеих групп детей представлены в табл. 5 и 6 соответственно.

 

Таблица 5 / Table 5 Коэффициенты корреляции Спирмена (R) мочевых маркеров с показателями массы и длины тела, артериального давления и скорости клубочковой фильтрации у детей с заболеваниями почек на фоне нормальной массы тела Spearman’s correlation coefficients (R) of urinary markers with body higt mass, BP and GFR in children with kidney diseases without obesity
Показатель / Parameter	Маркеры / Markers
	KIМ-1	KIM-1/Cru	β2-mg	NGAL	IL-18/Cru
Масса тела / Body mass	–0,03	–0,1	0,05	0,34 (0,03)	–0,13
Индекс массы тела / BMI	0,002	–0,06	–0,07	0,34 (0,03)	0,1
Z-оценка длины тела / Z-score of height	–0,35 (0,02)	–0,37 (0,01)	0,34 (0,03)	–0,08	0,34 (0,03)
Диастолическое артериальное давление, центиль / DAP (centile)	0,39 (0,02)	–0,01	0,14	–0,18	–0,19
Скорость клубочковой фильтрации / GFR	0,02 (0,01)	–0,24	0,27	–0,3	–0,21
Примечание. В скобках приведены значения p только для статистически значимых коэффициентов корреляции. Note. The values of р are given in parentheses only for statistically significant correlation coefficients.

 

Таблица 6 / Table 6 Коэффициенты корреляции Спирмена (R) мочевых маркеров с показателями массы и длины тела, артериального давления и скорости клубочковой фильтрации у детей с заболеваниями почек и ожирением Spearman’s correlation coefficients (R) of urinary markers with body weight, BMI, Z-scores in children with kidney diseases and obesity
Показатель / Parameter	KIM-1/Cru	NGAL	NGAL/Cru	IL-18	IL-18/Cru
Масса тела / Body mass	–0,07	–0,53 (0,002)	–0,47 (0,007)	–0,12	0,06
Индекс массы тела / BMI	–0,14	–0,62 (0,0002)	–0,59 (0,0004)	–0,07	0,08
Длина тела / Body length	–0,12	–0,41 (0,02)	–0,34	–0,16	0,004
Систолическоое артериальное давление, центиль / SAP, centile	0,39 (0,04)	–0,05	–0,01	0,09	0,38
Мочевина / Urea	–0,28	–0,09	–0,19	–0,41 (0,02)	–0,51 (0,003)
Примечание. В скобках приведены значения р только для статистически значимых коэффициентов корреляции. Note. The values of р are given in parentheses only for statistically significant correlation coefficients.

 

Значимые корреляционные связи выявлены между концентрацией KIМ-1 в моче и Z-оценки длины тела, KIМ-1 и СКФ, KIМ-1 и центилями диастолического артериального давления (АД); прямые связи между концентрацией β₂-mg мочи и Z-оценки длины тела, концентрацией IL-18/Cru мочи и Z-оценки длины тела, и между концентрацией NGAL мочи и показателями массы тела и ИМТ.

В группе детей с заболеваниями почек и ожирением выявлены следующие значимые связи: между концентрацией KIM-1/Cru и центилями систолического АД; между концентрацией NGAL мочи и показателями массы тела, ИМТ и длины тела; также обратная связь наблюдалась между концентрацией IL-18 и IL-18/Cru мочи с мочевиной сыворотки крови (табл. 6).

Таким образом, ИМТ и Z-оценки ИМТ коррелировали только с концентрацией NGAL мочи, причем и в одной, и в другой группе пациентов. Однако при этом данная корреляционная связь в первой группе детей была прямой, а во второй группе — обратной. Достоверные корреляционные связи мочевых маркеров с различными параметрами в двух группах детей могут свидетельствовать о различном их диагностическом значении при ожирении.

ОБСУЖДЕНИЕ

Из всех изученных нами мочевых маркеров тубулярного почечного повреждения только KIM-1 оказался значимо повышенным у детей с заболеваниями почек на фоне ожирения по сравнению с детьми с заболеваниями почек без него. Ранее нами были опубликованы аналогичные данные [14]. KIM-1 — это трансмембранный гликопротеин, вовлеченный в дифференцировку Т-хелперов, принадлежащий к иммуноглобулинам; он не экспрессируется в здоровых клетках почечного эпителия и является ранним маркером повреждения почек [13]. Доказано повышение концентрации KIM-1 в моче в ответ на ишемию почек, при воздействии нефротоксичных препаратов и при ХБП [21]. Имеют место немногочисленные исследования KIM-1 у детей при ожирении, когда выявлено его повышение по сравнению со здоровыми детьми [11]. Можно сказать, что авторами данной статьи установлено диагностическое значение KIM-1 мочи для повреждения почек на ранних этапах при ожирении у детей.

Другие мочевые маркеры (NGAL, IL-18, β₂-mg) не показали явной диагностической значимости при ожирении у детей с уже имеющейся патологией почек, так как их значения были сопоставимы с группой детей с нефропатиями без ожирения. Это, видимо, указывает на то, что при ожирении в патологический процесс в первую очередь вовлекаются проксимальные канальцы, так как KIM-1 — маркер повреждения проксимальных канальцев почки [11]. Данное суждение требует подтверждения, поэтому необходимы дальнейшие исследования в этой области.

Выявленные корреляционные связи ИМТ и Z-оценки ИМТ с NGAL, однако, могут свидетельствовать и о диагностической значимости данного мочевого маркера у детей с ожирением, но могут быть независимо от болезней почек. NGAL экспрессируется и секретируется в кровь различными клетками, находящимися в состоянии стресса, например, вследствие воспалительного процесса, а также при ишемии. В целом у человека в ответ на повреждение ренальных канальцев уровень NGAL резко возрастает как в плазме крови, так и в моче [5, 6]. При этом экскреция NGAL с мочой на 24–48 ч опережает повышение концентрации креатинина в сыворотке крови.

Некоторые авторы отмечают, что NGAL мочи по сравнению с KIM-1 как более чувствительный биомаркер при заболеваниях почек выявляет тубулоинтерстициальное повреждение у больных артериальной гипертензией или заболевания почек на ранней стадии нарушения их функции [4]. KIM-1 мочи, по мнению данных авторов, — более инертный биомаркер, не способный выявлять данное повреждение у больных артериальной гипертензией с легкой дисфункцией почек, но идентифицирует раннее тубулоинтерстициальное повреждение почек у гипертензивных больных хроническим пиелонефритом. Однако KIM-1 — это явный диагностический маркер при ожирении у детей с заболеваниями почек. То есть NGAL — маркер при ожирении независимо от заболеваний почек, а KIM-1 — самого ожирения на фоне заболеваний почек. Другими авторами выявлена достоверная отрицательная корреляция между содержанием NGAL и СКФ и положительная — с суточной протеинурией у пациентов с сахарным диабетом и ХБП; сделан вывод, что определение содержания NGAL может стать полезным и неинвазивным методом для диагностики диабетической нефропатии, оценки степени повреждения ренальных функций [2, 16].

Все вышеизложенное вкупе с полученными данными актуализирует изучение данных мочевых маркеров при ожирении у детей, причем как при самостоятельном заболевании, так и в сочетании с другой патологией.

ВЫВОДЫ

1. У детей с заболеваниями почек на фоне ожирения значения мочевого KIM-1, особенно нормированные, были статистически значимо выше по сравнению с группой детей с заболеваниями почек без ожирения.
2. Значения NGAL, IL-18 и β₂-mg мочи не имели статистически значимых различий у детей с заболеваниями почек на фоне ожирения и у детей с заболеваниями почек без ожирения.
3. Обнаружены статистически значимые корреляционные связи (от 0,34 до –0,62) между концентрацией NGAL мочи и показателями массы тела: ИМТ и Z-оценки ИМТ в обеих группах детей.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад авторов. Все авторы внесли существенный вклад в разработку концепции, проведение исследования и подготовку статьи, прочли и одобрили финальную версию перед публикацией.

Конфликт интересов. Авторы декларируют отсутствие явных и потенциальных конфликтов интересов, связанных с публикацией настоящей статьи.

Источник финансирования. Авторы заявляют об отсутствии внешнего финансирования при проведении исследования.

Информированное согласие на публикацию. Авторы получили письменное согласие официальных представителей пациента на публикацию медицинских данных.

ADDITIONAL INFORMATION

Author contribution. Thereby, all authors made a substantial contribution to the conception of the study, acquisition, analysis, interpretation of data for the work, drafting and revising the article, final approval of the version to be published and agree to be accountable for all aspects of the study.

Competing interests. The authors declare that they have no competing interests.

Funding source. This study was not supported by any external sources of funding.

Consent for publication. Written consent was obtained from the patient for publication of relevant medical information within the manuscript.

About the authors

Tatiana L. Nastausheva

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University

Author for correspondence.
Email: nastat53@mail.ru

MD, PhD, Dr. Sci. (Med.), Professor, Head of the Department of Hospital Pediatrics

Russian Federation, Voronezh

Anna V. Chan

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University

Email: annalijah@mail.ru

Postgraduate Student, Department of Hospital Pediatrics

Russian Federation, Voronezh

Elena N. Kulakova

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University

Email: elena.n.kularova@mail.ru

MD, PhD, Associate Professor, Department of Hospital Pediatrics

Russian Federation, Voronezh

Galina G. Volosovets

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University

Email: volga-6@mail.ru

MD, PhD, Associate Professor, Department of Hospital Pediatrics

Russian Federation, Voronezh

Ekaterina M. Chichuga

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University

Email: Kagorka@mail.ru

MD, PhD, Associate Professor, Department of Hospital Pediatrics

Russian Federation, Voronezh

Timofey V. Chubarov

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University

Email: chubarov25@yandex.ru

MD, PhD, Chief of Pediatrics Clinical Hospital

Russian Federation, Voronezh

Olga V. Gurovich

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University

Email: olgavicg@ya.ru

Associate Professor, Department of Hospital Pediatrics

Russian Federation, Voronezh

Irina V. Grebennikova

N.N. Burdenko Voronezh State Medical University

Email: irina_voronezh@inbox.ru

MD, PhD, Associate Professor, Department of Patologic Phisyology

Russian Federation, Voronezh

References

Supplementary files