"...The question should be presented pointly to the soviet government...". Documents and materials on the history of the administrative and territorial distribution of the Mountain ASSR and the Ka-bardino-Balkar autonomous region in 1922-1924

全文:

В истории формирования системы административно-территориального устройства национальной автономии кабардинского и балкарского народов особое место занимают процессы этнотерриториального разграничения Кабардино-Балкарской автономной области и Горской АССР в первой половине 1920-х гг. Объектом противоречий стали не только отдельные участки земли, но и целые населенные пункты. Степень конфликтности исключала возможность разрешения ситуации непосредственным взаимодействием органов власти Кабардино-Балкарии и Горской республики, в силу чего федеральный центр вынужден был принимать самое непосредственное участие в урегулировании ситуации.

В целях изучения административно-территориальных и этнотерриториальных проблем на Северном Кавказе еще с начала 1921 г., то есть с момента создания Горской республики, органы центральной советской власти практиковали формирование различных комиссий, которые выезжали в регион и собирали необходимые материалы для вынесения соответствующих постановлений. Процесс принятия подобных решений всегда сопровождался ожесточенной борьбой сторон.

Отношения между Кабардино-Балкарской автономной областью и Горской республикой стали ухудшаться с середины 1922 г. ВЦИК РСФСР направил очередную комиссию в регион [Русские… 1996: 66], однако силу протеста руководства Кабардино-Балкарии она была отозвана. ВЦИК РСФСР посчитал целесообразным заморозить ситуацию и 2 ноября 1922 г постановил «Кабардинскую АО оставить в существующих границах» [УЦГА АС КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 13. Л. 98]. Но в условиях отсутствия в предыдущих постановлениях ВЦИК РСФСР четких описаний административно-территориальных границ между Кабардино-Балкарией и Горской республикой такой подход привел к активизации деятельности сторон по разрешению проблем в своих интересах, что привело к усилению напряженности в регионе.

13 февраля 1923 г. на третьем съезде Советов Горской АССР республиканским органам власти было поручено сформировать и направить в центр комиссию для отстаивания своих интересов, которые заключались в том, чтобы добиться возвращения «земель, фактически находившихся в пользовании трудовых масс Осетии и Ингушетии, ныне... находящихся в пользовании Кабардинской АО» [Кажаров 2019: 363].

В Кабардино-Балкарии на это решение отреагировали тем, что пленум ЦИК автономной области 20–24 февраля 1923 г., интерпретируя в свою пользу постановление ВЦИК РСФСР от 2 ноября 1922 г., вынес постановление «все бывшие частновладельческие участки» в районе сел Средний Урух и Лескен I, которые в свое время были образованы в Нальчикском округе, но в рассматриваемый период входили в состав Горской АССР, считать входящими в Кабардино-Балкарскую автономную область [УЦГА АС КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 13. Л. 12]. Данное решение не только в корне меняло ситуацию с административно-территориальными границами между Кабардино-Балкарией и Горской АССР, но критически ухудшало земельную обеспеченность жителей указанных населенных пунктов. Именно на это обстоятельство указывал Председатель СНК Горской республики С. Мамсуров в обращении к руководству Кабардино-Балкарии [Бугай 1994: 122].

В таких условиях органы власти Кабардино-Балкарии пошли еще дальше, приняв 20 марта 1923 г. постановление о присоединении Лескена I и Среднего Уруха к автономной области. Как и в случае с «бывшими частновладельческими участками», о которых говорилось выше, руководство Кабардино-Балкарии сослалось на постановление ВЦИК РСФСР от 2 ноября 1922 г., в очередной раз прибегая к вольной трактовке его содержания. Вместе с тем, такой подход создавал предпосылки для решения земельного вопроса население указанных сел, многие из которых, судя по имеющимся архивным материалам, благосклонно восприняли создавшееся новое положение. В частности, 23 марта 1923 г. жители селения Лескен I постановили приветствовать ЦИК КБАО «за причисление … в КБАО» [УЦГА АС КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 13. Л. 12–13]. Очевидно, в основе такого отношения к решению вопроса об административно-территориальном статусе Лескена I лежало то обстоятельство, что оно в итоге могло привести к удовлетворению их земельных интересов.

Горский ЦИК выразил протест против включения указанных сел в пределы Кабардино-Балкарии. Посчитав, что в основе сложившейся ситуации лежит постановление ВЦИК РСФСР от 2 ноября 1922 г., руководство Горской республики обратилось в центр с просьбой отменить его [ЦГА РСО-А. Ф. Р-50. Оп. 1. Д. 61. Л. 103].

Президиум ВЦИК РСФСР 16 мая 1923 г. принял решение направить в регион выездную сессию Коллегии Высшего контроля по земельным спорам. Стороны по-разному отнеслись к решению ВЦИК РСФСР. Органы власти Горской АССР предписали готовить материалы для представления в комиссию [УЦГА АС КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 13. Л. 100-101], а руководство Кабардино-Балкарии попыталось донести до сведения представителей центра мысль о том, что пересмотр границ, а оно было уверено, что именно таким будет результат работы комиссии, может привести к протестам и волнениям населения Кабардино-Балкарии. [УЦГА АС КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 4. Л. 15]. Руководители КБАО считали важным и необходимым добиться отмены решения об отправке комиссии, но им не удалось добиться своей цели.

29 июня 1923 г. Выездная сессия прибыла во Владикавказ [ГА РФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 155. Л. 443]. Характеризуя суть разногласий сторон по вопросам административно-территориального разграничения Кабардино-Балкарии и Горской республики, председатель комиссии в своем докладе во ВЦИК от 17 июля 1923 г. отмечал «коренное разногласие в понимании обеими сторонами постановления Президиума ВЦИК от 2 ноября 1922 г.»: представители Горской республики считали, что «этим постановлением Президиума ВЦИК между ней и Кабардой утверждены существовавшие к моменту издания указанного постановления… границы; Кабарда же наоборот, считает, что этим постановлением… утверждена граница бывшего Нальчикского округа…». В своем докладе А.К. Берзин четко сформулировал свою позицию: «доводы Кабарды» не убедительны [ГА РФ. Ф. Р-1318. Оп. 1. Д. 155. Л. 444–445 об.].

Руководство Кабардино-Балкарии открыто предприняло усилия для срыва работы комиссии ВЦИК. На его позицию по вопросам административно-территориального и этнотерриториального разграничения с соседними этнополитическими образования большой отпечаток накладывал исторический контекст послереволюционного времени и сложившаяся практика решения земельно-территориальных вопросов. Многочисленные комиссии ВЦИК РСФСР, работавшие в регионе, неоднократно принимали решения об отторжении различных территорий из земельного фонда Кабардино-Балкарии. Комиссия А.К. Берзина работала в подобном же ключе, поэтому руководство Кабардино-Балкарии в июле-августе 1923 г. фактически сформулировало общенациональную задачу, направленную на сохранение территориальной целостности автономной области.

13 июля 1923 г. состоялось объединенное заседание областного комитета РКП (б) и Президиума ЦИК Кабардино-Балкарской автономной области, на котором обсуждался доклад о работе выездной сессии Высшего контроля по земельным спорам [ЦДНИ КБР. Ф. 1. Оп. 1. Д. 13. Л. 60-65]. 25 августа 1923 г. состоялся экстренный пленум областного исполнительного комитета Кабардино-Балкарии, на котором обсуждался «земельный вопрос и создавшееся положение... в связи с притязаниями Горской республики и Карачая» [УЦГА АС КБР. Ф. Р-2. Оп. 1. Д. 72. Л. 1-14об.].

Материалы заседаний органов власти Кабардино-Балкарии дают возможность понять всю остроту и драматичность сложившегося исторического контекста вокруг решения вопросов административно-территориального разграничения Кабардино-Балкарской автономной области и Горской АССР. Документы свидетельствуют, что Горская республика представила материалы в комиссию А.К. Берзина о претензиях примерно на 100 тыс. дес. земли. При этом важно, что ее органы власти претендовали не только на близлежащие к границе земли, но и в других районах Кабардино-Балкарии [ЦДНИ КБР. Ф. 1. Оп. 1. Д. 13. Л. 60-62].

Особый интерес на этих заседаниях органов власти Кабардино-Балкарии представляют высказывания Б. Калмыкова. Например, 13 июля он заявил, что «перед советским правительством вопрос нужно поставить ребром: оставить Кабарду в тех границах, какие за ней были закреплены царским правительством» [ЦДНИ КБР. Ф. 1. Оп. 1. Д. 13. Л. 63–65]. 25 августа 1923 г., когда состоялся экстренный пленум, Б. Калмыков назвал «историческим днем». Он считал, что «до сих пор в наших повестках совещаний стояла масса вопросов, но такого большого, политически важного вопроса у нас еще не стояло…». Б. Калмыкова не устраивало, что вопросы передачи части кабардинских земель соседним народам решаются «…без нашего участия» и «повторяются без конца». О серьезности ситуации свидетельствовало его заявление: «… если высшему органу нужна наша реальная работа, связующее звено, мы будем работать, но, если он, решая вопрос без нас мыслит, и мы ему нужны как простая передаточная инстанция, мы в таких условиях работать не можем, нам почетных портфелей не нужно» [УЦГА АС КБР. Ф. Р-2. Оп. 1. Д. 72. Л. 13-14 об.].

В таких условиях комиссия ВЦИК РСФСР удовлетворила заявки Горской республики только на 29 299 дес. земли, а вопрос об административной принадлежности спорных селений не разрешила [УЦГА АС КБР. Ф. Р-8. Оп. 1. Д. 4. Л. 88].

3 декабря 1923 г. состоялось заседание Президиума ВЦИК, на котором было принято решение о необходимости поиска возможности разрешения земельного вопроса населения Горской республики за счет не только земель Кабардино-Балкарии. В результате проведенной работы 21 июля 1924 г. Президиум ВЦИК, рассмотрев вопрос о границах между КБАО, КЧАО и Горской республикой, принял постановление, содержавшее решение вопроса об установлении административно-территориальных границ [ЦГА РСО-А. Ф. Р-41. Оп. 1. Д. 205. Л. 45-48]. Заложенные в постановлении принципы проведения административно-территориального разграничения Кабардино-Балкарии и Горской республики устраивали заинтересованные стороны и отношения на некоторое время стабилизировались. Этому способствовало то обстоятельство, что решение Центра носило компромиссный характер. Лескен I остался в Горской республике, а от Кабарды было отрезано «лишь» 4 000 дес. [Бугай 1994: 133], что по сравнению с требованиями о прирезке 78 000 дес., видимо, представлялись руководству Кабардино-Балкарии незначительной территориальной потерей.

Публикуемые документы и материалы были излечены из фондов Центра документации новейшей истории Кабардино-Балкарской республики (Ф. 1. Оп. 1. Д. 13. Л. 60–65), Центрального государственного архива Кабардино-Балкарской Республики (Ф. Р-2. Оп. 1. Д. 72. Л. 1-14 об.). Их анализ свидетельствует о высокой степени консолидации руководства и народов Кабардино-Балкарии по фундаментальным вопросам. Последовавшие за решениями руководства Кабардино-Балкарии события, связанные с деятельностью комиссии ВЦИК и выработкой различных решений ВЦИК РСФСР, показывают, что в центре со всей серьезностью восприняли позицию руководства Кабардино-Балкарии.

作者简介

K. Dzamikhov

The Institute for the Humanities Research – Affiliated Kabardian-Balkarian Sci-entific Center of the Russian Academy of Sciences

编辑信件的主要联系方式.
Email: casbolat2013@yandex.ru

A. Kazharov

The Institute for the Humanities Research – Affiliated Kabardian-Balkarian Sci-entific Center of the Russian Academy of Sciences

Email: artur-kazharov@yandex.ru

参考

补充文件