№ 5 (2023)

Предметом исследования является корреляция между вариантами отношения к сакральному как феномену восприятия прошлого и практическими воплощениями этих модальностей в различных социокультурных формах. В качестве методологического основания использован принцип разделения истории (исторической науки) и коллективной памяти, реализованный в «memory studies», в частности, М. Хвальбваксом и П. Нора. Оригинальное применение этого принципа в данном исследовании позволило установить две взаимозависимости между внутренне дифференцированными ценностно-идейными установками (секулярная / сакральная) по поводу исторического прошлого и их объективациями в нормах права и научного этоса, особенностях системы образования и воспитания, в развитии искусства. Секулярная оценка сакрального предполагает его элиминацию из области бытия, механизмов духовного освоения прошлого и находит выражение либо в использовании строгих, формализованных инструментов исторического познания, в требовании максимальной деидеологизации последнего, либо в таком отношении к прошлому, при котором оно превращается в материал субъективных интерпретаций. В противоположной установке сакральное понимается в качестве необходимой и неустранимой части коллективной памяти, источником которого в одной трактовке выступает трансцендентный план бытия, а в другой — трансцендентальные универсалии культуры. Такая установка оказывается препятствием на пути полного устранения сакрального и из практики специализированного исторического познания, что находит нормативное выражение во встраивании теологического дискурса в структуру научного знания.

Образование в настоящее время является одной из самых массовых услуг, которые оказываются как государством, так и частными лицами. Притом школьное образование имеет непосредственное отношение как к самому обучающемуся, так и к семье обучающегося в целом. Семья же становится неким контролером качества образовательных услуг, но постепенно система образования коммерциализируется ввиду чего изменяется. Проблема социальных практик участия родителей в жизни школы окончательно обозначила себя после 2012 года, с момента принятия нового закона об образовании, когда родители стали на законодательном уровне полноценными субъектами управления школой наряду с администрацией школы, более того, четко стали прописаны полномочия каждого компонента.   Выяснилось, что школы г. Барнаула достаточно открыты для коммуникации, родители оценивают взаимодействие со школой в позитивном ключе и считают, что все вопросы и проблемы, с которыми они обращаются к школе, решаются сразу или почти сразу. Что касается внутрисемейного взаимодействия, то родители уделяют своим детям от двух и более часов в будние дни. Время, которое могут уделить родители своим детям, напрямую зависит от графика работы. С домашним заданием родители помогают в большей степени ученикам начальной школы, в старшей школе участие минимально. По приведенным вопросам можно сделать вывод о том, что родители достаточно участвуют в жизни ребенка и постоянно держат связь с ними, поэтому могут реагировать на трудности, которые возникают у ребенка в школе. Самыми популярными способами взаимодействия со школой для родителей являются родительские собрания и онлайн-коммуникация.

В статье сделана попытка выделить отдельные аспекты общественных отношений и социальных перемещений, которые выходят за рамки традиционной типологии социальной стратификации и мобильности. Подчеркивается, что общий вектор современности, а именно установка на тотальное информационное движение во многих областях существенно дополняет и меняет понимание мобильности. Отдельно анализируется социальная группа «удаленщиков», количество которых заметно растет в последние годы в связи и информатизацией общества, а также и в связи с геополитической ситуацией, ситуацией «неопределенности». В качестве методологической основы исследования были выбраны структурно-функциональный, аксиологический, деятельностные подходы, использованы сравнительный метод и метод научного анализа. Новизна исследования заключается в том, что в статье выделены три социальные группы — «удаленщики», «организаторы», «ошибочники», внимание к которым в классической литературе, на наш взгляд, уделялось недостаточно. В условиях неопределенности заметное преимущество получают индивиды, способные конструировать новые формы социальности, имеющие значительные преимущества перед традиционными проектами. Основным выводом является то, что социальная мобильность приобретает новые показатели и зачастую не связывается с реальными перемещениями субъекта в пространстве и времени. Требуются новые исследования и анализ данного феномена с учетом условий стремительной информатизации и трансформации современного общества.