The Tatar-Kryashen village of Kryash-Serda during the years of war communism (1918–1921) (based on archival materials)

Full Text

Введение

Первые годы существования молодого Советского государства (1918–1921 гг.) ознаменованы как период, получивший название «военный коммунизм». Суть политики «военного коммунизма» состояла в проведении особой экономической политики, нацеленной на централизацию и управление государством практически всеми хозяйственными процессами. В целях внедрения планового хозяйства происходили национализация и монополизация промышленности и сельского хозяйства [3, с.421]. В числе прочего, это отражалось на уравнивании и распределении благ в сельской местности, введением монополии на сельскохозяйственные продукты.

В программе VIII съезда РКП(б), проведенного в марте 1919 г. была обозначена концепция о незамедлительном построении бестоварного общества, замену на государственном уровне рыночной торговли на организованное распределение продуктов [2, с. 382]. В это время были приняты законодательные акты о принудительном труде, о борьбе с «деревенской буржуазией», спекуляцией и пр., Продовольственная диктатура, в свою очередь, требовала распределения продовольствия, борьбы с кулачеством, как с классом, в целях гарантированной заготовки продуктов питания, Народному комиссариату продовольствия оказались необходимыми неограниченные полномочия.

Введение продовольственной диктатуры повлекло создание весной 1918 г. при Наркомпроде РСФСР Продовольственно-реквизиционной армии. В целях выполнения поставленных задач, в составе Продармии формировались наделенные особыми и чрезвычайными полномочиями вооружённые продотряды. Летом 1918 г. Наркомпродом принимается специальное постановление о введении повсеместного продовольственного пайка с разделением населения на четыре категории, предусматривающее меры по строгому и централизованному учёту запасов и распределению продовольствия [4, с.145].

Параллельно с проведением политики «военного коммунизма», на местах начали появляться и комитеты бедноты, так называемые «комбеды». Это были большевистские учреждения, созданные в сельской местности декретами ВЦИК (11 июня) и СНК (6 августа 1918 г.). Постепенно комбеды заменялись большевиками на неподконтрольные им стихийно появляющиеся советы крестьянских депутатов, т.е. сельские советы [5,с. 100]. В духе особых органов сельского самоуправления в условиях продовольственного кризиса, они формировались местными советами при участии продотрядов в целях претворения в жизнь государственной политики и консолидации социальной базы советской власти на местах. Среди прочего, в задачи комитетов бедноты входило обнаружение скрытых от властей крестьянами запасов продовольствия и содействие продотрядам при закупке ими зерна по фиксированным ценам и экспроприации «излишков» хлеба. Кроме того, комбеды перераспределяли изъятое продовольствие, скот и пр. имущество среди местного населения.

 

Основная часть

Как и во всех сельских населенных пунктах России и Татарстана, период «военного коммунизма» сильно отразился и в истории деревни Кряш-Серда Пестречинского района Республики Татарстан. Жители деревни стали, как участниками проведения революционной политики, так и жертвами ее результатов. Судя по зафиксированному количеству населения, Кряш-Серда была густонаселенным населенным пунктом еще в начале ХХ в. Согласно архивным материалам, количество жителей Кряш-Серды в 1914 г. составляло 1300 человек (639 мужского пола и 661 женского), в 1915 г. – 1281 чел. (659 муж., 622 жен.), в 1916 – 1258 чел. (620 м., 638 ж.), в 1917 г. – 1254 чел. (621 муж., 633 жен.), в 1918 г. – 1312 чел. (675 муж., 637 жен.), в 1919 г. – 1257 чел. (625 муж., 632 жен.), в 1920 г. – 1254 чел. (621 муж., 633 жен.), в 1921 г. – 1308 чел. (675 муж., 633 жен.), в 1922 г. – 1165 чел. (545 муж., 620 жен.). Количество навсегда покинувших из-за голода крестьянских хозяйств д. Кряш-Серды с 1914 по 1922 гг. составило 15 домохозяйств (28 муж., 32 жен.)¹. Для сравнения – в 1893 г. в Кряш-Серде насчитывалось 118 дворов, в которых проживали 438 мужчин и 452 женщины из «старокрещенных татар» [1, с. 92], т.е. 890 чел. Как можно заметить, количество населения деревни десятилетиями оставалось довольно стабильным.

Приказом от 8 ноября 1918 г. Лаишевский Уездный Исполком² требовал к неуклонному исполнению всем волостным советам следующие положения. Во время общих собраний волостных съездов советов запрещается на время заседания избирать нового председателя. Заседаниями в течение 6-и месяцев со дня избрания руководит изначально избранный на срок службы председатель, другие на это время не должны признаваться (п. 1). В случае, если во всех деревнях волости (или в большинстве) не организованы комбеды, или не имеются волостные комбеды при их наличии в большинстве деревень волости, организуется съезд с участием одного представителя от каждого комитета. Съезд имеет право созвать волостной совет, где избирается волостной комбед из трех человек: председателя, заместителя и секретаря с уведомлением Уездного Исполкома совета (п. 2). Пункт 5 Приказа предписывал всем волостным советам и Комитетам Бедноты по разрешению волостного совета накладывать контрибуцию (так нередко называли процессы конфискации, изъятия имущества у лиц, причисленных к кулакам) на кулаков. Согласно предписанию 20% изъятого имущества остается в пользу комитета бедноты, 5% в пользу волсовета если это налагает комбед, а если совет, в пользу него 10% от общей суммы, а комитету ничего не полагается. Все остальное должно поступить в депозит Уездного Исполкома³.

Первую информацию о наличии в д. Кряш-Серда комитета деревенской бедноты можно обнаружить в архивных материалах за 1918 г. Так, согласно Инструкции о выборах Советов крестьянских депутатов, 20 ноября этого года здесь были проведены выборы в комбед. В связи с чем «упразднен староста», должность которого исполнял Яковлев (?). В тот же день, по предписанию Казыльского волостного совета избран и сельский совет⁴.

Сохранились документы о наложение на лиц, считающихся кулаками из Кряш-Серды, обязательных выплат. Так, согласно ведомости от 24 ноября 1918 г. по Казыльской волости с жителей д. Крещ-Серда взысканы следующие «контрибуции»: П. Максимов (2000 р.), В. Дмитриев (2000 р.), О. Максимова (500 р.), З. Скворцов (1000 р.), К. Емельянов (1000 р.), Л. Максимов (1000 р.), А. Максимов (500 р.), Е. Максимова (1500 р.). Всего по Казыльской волости обложены 182 чел. на сумму 48750 руб. Из них: 9250 р. – в Комитет деревенской Бедноты, 2437 р. – в волостной совет, 36562 р. – в Лаишевский Уездный Исполком⁵.

В декабре 1918 г. в Казыльский волостной совет был представлен список жителей Кряш-Сердинского сельского совета, разделенных на категории. К кулакам были причислены следующие лица: Петр Максимов, Василий Дмитриев, Роман Константинов, Николай Александров, Лаврентий Павлов, Елена Максимова. Далее в списке перечисляются 9 деревенских «богатеев» и 19 «бедняков» и что среди селян «паразитических элементов не имеется…»⁶. Необходимо отметить, что практически во всех архивных документах имеются свидетельства тому, что определенную часть крестьян своей деревни бедняцкая часть населения упорно называла «подкулачниками» и «подкулачницами». Жалобы со стороны последних, как правило, особых последствий не имели.

Тем временем, политика «военного коммунизма» активно проводилась по всему Советскому государству. Комитеты бедноты занимались заготовкой хлеба, сырья и продовольствия, снабжая промышленные центры, армию и бедные слои населения. Комбеды всех уровней содействовали продотрядам в учете изъятого у крестьян хлеба, обысках и конфискациях продовольствия и имущества сельских жителей, боролись с мелкими торговцами, спекуляцией. Устанавливали строгий надзор за работой мельниц, частные из которых объявлялись государственной и общественной собственностью. Комитеты бедноты участвовали практически во всех хозяйственно-экономических процессах сельской местности, могли не только заменить, но и распустить сельские и волостные комитеты.

В результате деятельности комитетов бедноты Казанской губернии многократно увеличилось количество отправляемого в Москву и Петроград продовольствия. Так, если до июля 1918 г. в столицы было отправлено 19237 пудов хлеба, то с сентября по октябрь 1918 г. уже 400 тыс. пудов. И это, учитывая частичную оккупацию отдельных уездов частями чехословацкого корпуса и Народной армии Комуча. К ноябрю поставки составили свыше 1 млн пудов. В итоге, с августа 1918 г. по март 1919 г. из Казанской губернии было отправлено около 5,7 млн пудов зерна и продовольствия, в т.ч. муки и зерна (рожь, пшеница) – 2,7 млн, овса и ячменя – свыше 2,5 млн, другой крупы и бобовых – свыше 509 тыс. пудов⁷.

Вместе с тем, в работе комбедов вскоре проявились существенные недостатки, неоправданные ошибки и даже жесткие перегибы. Члены и активисты комитетов относились к своим обязанностям порой крайне неохотно и не отличались дисциплинированностью. Получалось, что они не только не содействовали, но фактически мешали органам советской власти, тем самым еще более усугубляя и так тяжелую ситуацию в государстве. Все это, а также существенно усилившееся сопротивление со стороны крестьян, привело к тому, что в декабре 1918 г. на очередном съезде ВКП(б) комитеты бедноты было решено ликвидировать. В самом конце 1918 – начале 1919 г. большинство комбедов по всей стране было упразднено, некоторые из бывших их членов вошли в состав переизбранных советов, существенно пополнившихся большевиками (в т.ч. из сельской молодёжи, из бывших фронтовиков и пр.), отныне ставших основой опорой советской власти в сельской местности.^.

В любом случае, в деревнях и селах продолжалась деятельность по борьбе со злоупотреблениями, изъятию продовольствия и имущества у населения, налагались наказания. Так, 11 июня 1919 г. члены Кряш-Сердинского сельского совета заявили заместителю председателя Казыльского волостного совета Корнилову, что местный председатель сельского совета Н. Казаков не соответствует своей должности ввиду того, что он утаивает доход, полученный с распределения товара в сумме триста сорок три рубля (343 р.). Просили Корнилова сместить с должности председателя Казакова и избрать вместо него другого из числа местных членов совета. Корнилов приехал на место и под его контролем Н. Казаков был смещен с должности председателя и из сельсовета в целом. Новоизбранным председателем сельсовета стал А. Васильев. Была избрана ревизионная комиссия из трех членов Совета, Егора Казакова Илью Макарова и Константина Никифорова⁸.

Согласно Протоколу от 13 июля 1919 года ревизионная комиссия (члены комиссии: Е. Казаков, И. Макаров, К. Никифоров) Кряш-Сердинского сельского совета производила учет уволенному председателю совета Н. Казакову. В процессе учета обнаружилось, что на руках у Казакова имелось всего 443 руб. в виде дохода от раздачи табака и ситец, спичек и мыла. Эти средства указано передать «новоизбранному казначею» Е. Казакову. Кроме того, «больничного сбора собрано оказалось на лицо 305 руб.»⁹.

Сохранилось предписание (под грифом «Совершенно секретно») уполномоченного Татотдела ОГПУ Михайлова (август 1921 г.) в Рыбно-Слободской районный исполком, с требованием наказания в виде административного взыскания секретаря Кряш-Сердинского сельсовета Яковлева. Его вина заключалась в отказе подписать документ по отбору излишек хлеба с зажиточных крестьян. По имеющимся в Татотделе ОГПУ сведениям сообщается, что в деревне Кряш-Серда Рыбно-Слободского района среди зажиточной части, как не сдающей излишки хлеба была произведена опись имущества. Согласно донесению, Яковлев, как секретарь, защищая крестьян сказал: «никаких излишек хлеба у них нет, а поэтому от подписи означенных описей я отказываюсь»¹⁰.

 

Заключение

Таким образом, политика военного коммунизма трансформировала традиционную сельскую жизнь, приводя к обострению социальных конфликтов и формированию новых механизмов управления на местах. События, происходившие в татарско-кряшенской деревне Кряш-Серда в 1918–1921 годах, отражают общую картину, характерную для всей России в период военного коммунизма. В населенном пункте активно формировались новые органы власти – сельский совет и комитет бедноты, которые стали инструментом реализации новой политики на местах. В ходе этого процесса были случаи злоупотреблений со стороны ответственных лиц. Это свидетельствует о недостаточной подготовленности новых структур, а также о сложности контроля за их деятельностью в условиях Гражданской войны и экономических трудностей. Несмотря на официальное упразднение комитетов бедноты, начавшаяся государственная политика продразвёрстки оставила возможность большому их количеству продолжить свою жизнедеятельность. В особо важных с точки зрения сельского хозяйства областях страны они фактически просуществовали, как минимум, до конца 1919 г. Политика и задачи «военного коммунизма» были признаны руководством страны выполненными в марте 1921 г. (X съезд РКП(б)). Отныне вводилась «новая экономическая политика» (НЭП).

 

¹ Государственный архив Республики Татарстан (далее – ГА РТ). Ф.Р-133. Оп.1. Д.1. Л.23.

² До 1920 г. деревня Кряш-Серда входила в состав Казыльской волости Лаишского уезда Казанской губернии. Историческое название – Верхняя крещенная Серда (Верхняя Серда).

³ ГА РТ. Ф.Р-133. Оп.2. Д.1. Л.1.

⁴ ГА РТ. Ф.Р-133. Оп.1. Д.1. Л.16.

⁵ ГА РТ. Ф.Р-133. Оп.2. Д.1. Л.3.

⁶ ГА РТ. Ф.Р-133. Оп.2. Д.16. Л.57.

⁷ Комитеты бедноты. Татарская энциклопедия. URL: https://tatarica.org/ru/razdely/istoriya/novejshee-vremya/komitety-bednoty (дата обращения: 04.03.2026).

⁸ ГА РТ. Ф.Р-133. Оп.2. Д.16. Л.56.

⁹ ГА РТ. Ф.Р-133. Оп.2. Д.16. Л.56.

¹⁰ ГА РТ. Ф.Р-1839. Оп.2. Д.11. Л.13.

About the authors

Nikolay I. Petrov-Tekin

Email: petrov-tekin@mail.ru

Independent Researcher

Russian Federation, Kazan

Almaz R. Mukhamadeev

Marjani Institute of History of the Tatarstan Academy of Sciences

Author for correspondence.
Email: almazrm42@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-0778-7892

Dr. Sci. (History), Senior Researcher of the Department of Modern History

Russian Federation, Kazan

References

Supplementary files