№ 5 (2024)

Статья посвящена проблемам методики исследования петроглифов архитектурных сооружений Северного Кавказа. Автор рассматривает методические подходы к интерпретации их семантики, учитывая двуединую природу петроглифов архитектурных сооружений, которые, с одной стороны, являются особым культурным феноменом со своими изобразительными традициями и набором символов, а, с другой, генетически восходят к наскальному искусству, соответственно, обладая и свойствами наскальных рисунков. Автор считает, что, интерпретируя семантику петроглифов и их композиций, очень важно учитывать исторический контекст, в котором они были созданы и рассматривать их значение в русле религиозных традиций, актуальных для населения той эпохи. Особую роль в расшифровке смысла петроглифов архитектурных сооружений играют, по мнению автора, эпические формулы или идеограммы, которые зарождаются в наскальном искусстве, а в петроглифике архитектурных сооружений обретают специфический характер, обусловленный узким набором сакральных символов, обладавших емким содержанием.   Методологической основой исследования является совокупность общеисторических, этнографических и археологических методов исследования, использование которых определяется характером изучаемого материала. Автор полагает, что, несмотря на сложности интерпретации петроглифов архитектурных сооружений, связанной с реконструкцией религиозно-мифологических представлений древнего населения, именно определенный набор сакральных символов и их композиций, а также эпических формул, являются ключом к их объективной расшифровке. Петроглифы архитектурных сооружений имеют своим истоком древнее наскальное искусство, что дает возможность использовать при их исследовании в том числе и методические приемы изучения наскальных рисунков, историография которого насчитывает почти 150 лет и огромное количество научных монографий и статей. При этом петроглифика средневековых сооружений Северного Кавказа обладала выразительной самодостаточностью, которая позволяла народам региона с ее помощью фиксировать свои религиозно-мифологические и социальные традиции для передачи их следующим поколениям.

Объектом исследовательского внимания в статье стал феномен истоков права. В качестве предмета исследования рассмотрены основные подходы в отечественной историографии к определению истоков права и их соотношению с источниками права. Цель работы заключается в попытке обоснования необходимости выделения истоков права из семантически перегруженной категории источников права в самостоятельную категорию. Особое внимание обращается автором на полярность мнений в существующей дискуссии относительно истоков права, что связано как с недостаточной разработанностью проблемы, полисемичностью термина «исток», так и с имеющими место различиями в подходах к правопониманию.   Автор акцентирует внимание на том, что в различных классификациях особняком стоит деление источников права на «первичные», положившие когда-то в глубокой древности начало институту права, и «вторичные», функционально подпитывающие право вплоть до современности. На этом основании вне зависимости от подхода к пониманию права представляется логичной необходимость выделения «первичных» источников права в отдельную теоретическую категорию «истоков права» с перспективой ее закрепления в теории государства и права. Практическая значимость выделения и необходимость специального изучения истоков права обосновываются тем, что поиск и выявление хронологически древнейших истоков права в системе нормативного регулирования потестарно-раннеклассового общества может стать ключом к попытке выработки универсального, интегративного, определения права.

Предметом исследования статьи является символическое значение черного цвета в истории культуры и фольклоре различных цивилизаций, особенно в русской, французской и китайской традициях. Исследование направлено на выявление эволюции восприятия черного цвета на протяжении времени и его роли в религиозных, мифологических и социокультурных контекстах. Автор рассматривает трансформации символики черного цвета, его связь с мифами, обрядами и представлениями о мире в различных культурах, а также его значение как отражение общественных и культурных норм и ценностей. Исследование направлено на выявление общих и уникальных черт в восприятии черного цвета, его роли в религиозных и ритуальных практиках. Методология основывается на сборе и анализе культурных текстов о символике черного цвета в славянской и китайской культурах.   Используются методы сравнительного анализа и контекстуального исследования для выявления роли и значения черного цвета в культуре и обществе. Новизна исследования заключается в анализе истории символики черного цвета в русской, французской и китайской культурах через призму мифологии и фольклора.Основными выводами проведенного исследования являются те, что в русской мифологии и фольклоре черный цвет ассоциируется с темными силами, смертью и загробным миром. Он представляет опасность, но также имеет защитные свойства. Во французской мифологии и фольклоре черный цвет часто связан с тайной, магией и загадками. Он может символизировать смерть, но также носит элегантность и стиль. В китайской мифологии и фольклоре черный цвет обычно связан с смертью и поклонением предкам. Он может также символизировать власть и авторитет. Эти результаты не только расширяют наше понимание мифологических представлений, но и подчеркивают важность культурного контекста в интерпретации цветовых символов.

В статье рассмотрена проблема сущности феномена паломничества и его проявлений на примере паломнической деятельности Российской империи в Палестине во второй половине XIX – начале XX вв. Показано, что паломничество определяется как путешествие к святым местам и имеющим сакральное значение реликвиям по определённому маршруту в религиозных, оздоровительных или иных целях. Эта деятельность включает четыре этапа и характеризуется наличием семи функций: духовно-просветительской; образовательной; миссионерской; коммуникационной; приходосплачивающей; благотворительной; обмена опытом. Традиция путешествий к святым местам существовала на протяжении всей истории человечества. В христианскую эпоху особой практикой становится неразрывная связь паломничества с религиозным опытом. В рассматриваемый период особое место занимает деятельность Императорского Православного Палестинского Общества.  Методологической основой исследования являются положения неореализма и системного подхода, производной чего стало применение историко-генетического, сравнительного и деятельностного методов. Выявлено, что опыт российского паломничества включает пять этапов. Для третьего (Палестинского) этапа характерно увеличение интереса Российской империи к Ближневосточному региону. Это обусловило необходимость аргументации намерений России относительно территорий Османской империи, способствуя усилению российского духовного присутствия в Палестине и активизации паломнического движения в данном направлении, которые со второй половины XIX в. последовательно поддерживались на государственном и церковном уровнях. В результате была основана Русская духовная миссия, на Святой Земле приобретались и застраивались земельные участки, создавалась инфраструктура. Были основаны сопутствующие этой деятельности государственные и церковные структуры. Затем создаётся Императорское Православное Палестинское Общество, которое становится основным организатором российского духовного присутствия, миссионерской и паломнической деятельности в регионе в рассматриваемый период.