Византийское наследие в современной Турции: особенности изучения и политическое значение

В статье анализируется политика памяти правительства Турции в отношении византийского наследия страны и международная реакция со стороны государств, чей исторический нарратив и идентичность ассоциируются с наследием Византийской империи. Статья основана на широком спектре источников на турецком, греческом, английском и русском языках. Авторы полагают, что политика исламизации Турции и идеология неоосманизма, которую проводит правящая «Партия справедливости и развития» (ПСР) под руководством президента Р.Т. Эрдогана, ведут к постепенному демонтажу оставшегося в стране византийского наследия, что было наглядно продемонстрировано в ходе превращения Монастыря Хора и Собора Святой Софии в мечети. Турецкое общество, за исключением небольшого количества диссидентов, как правило, уже покинувших страну, не испытывает устойчивого интереса к истории Византии и воспринимает политику правящей партии прагматически, что подтверждают опросы общественного мнения. Международная реакция на решения турецкого руководства оказалась достаточно сдержанной и очень ограниченно касалась Византии и ее роли истории. Так, европейские политики и исследователи критически оценивали антизападный посыл действий и риторики Эрдогана, в то время как в Греции опасаются возрождения османского империализма и рассматривают византийское наследие в контексте эллинизма. Авторы приходят к выводу, что российское общество (в первую очередь благодаря позиции РПЦ) восприняло политику Эрдогана как уничтожение византийского наследия восточно-православной цивилизации, что побудило российское политическое руководство поднять данный вопрос на самом высоком уровне двусторонних отношений. Кроме того, последовательные действия Анкары по демонтажу византийского наследия в международном измерении оказываются направлены против имиджа и идеологем российского государства в большей степени, чем против Греции, что обусловлено устойчивыми представлениями о России как продолжателе византийской традиции.