Политика «мягкой силы» России и КНР в отношении стран Центральной Азии (на примере Казахстана)

Политика «мягкой силы» несколько утратила свое значение в российском внешнеполитическом курсе, но продолжает доминировать в умах исследователей. Доказательством тому служат многочисленные статьи, посвященные этой проблематике и даже изыскания журналистских кругов. Понятие давно уже стало своего рода трендом не только в области изучения международных отношений, но и политологии. Ключевым критерием для определения степени воздействия «мягкой силы» является «привлекательность», то есть насколько субъект может расположить к себе объект для того, чтобы оказывать на него определенное влияние. И Россия, и Китай обладают набором инструментов «мягкой силы», которые в той или иной степени позволяют им воздействовать на объекты, в том числе на страны Центрально-азиатского региона, включая Казахстан. Ввиду того, что КР неофициально стала лидером региона, на ее примере можно наиболее ярко проследить стремления России и Китая стать для Казахстана наиболее привлекательным партнером. Исследование опирается на компаративистский подход, что позволяет не только выявить особенности «мягкой силы» РФ и КНР, но сравнить их эффективность. Деятельность двух стран анализируется сквозь призму используемых в регионе инструментов «мягкой силы», в том числе инвестиций, образовательных, научных и культурных программ.

Китай, Россия, Казахстан, политика «мягкой силы», инвестиционная политика, гуманитарное сотрудничество, фонд «Русский мир», Россотрудничество, Ханьбань, Институт Конфуция