Термолиз смеси тетрамминпалладохлорида и гептамолибдата аммония в инертной атмосфере

Обложка

Цитировать

Полный текст

Аннотация

Поступило в редакцию 17 октября 2024 г. После доработки 23 декабря 2024 г. Принято к печати 25 декабря 2024 г.

Представлены результаты термолиза смеси [Pd(NH3)4]Cl2 и (NH4)6Mo7O24·4H2O. Методами термогравиметрии, дифференциальной сканирующей калориметрии и масс-спектрометрии в инертной атмосфере (Ar) в интервале температур 50–550°С установлены диапазоны образования промежуточных продуктов взаимодействия смеси и проведена их идентификация. Методом рентгенофазового анализа идентифицированы промежуточные и конечные продукты термолиза. Последний представлен двумя фазами: твердым раствором Pd1–xMox (а = 3.8941 Å) и MoO3. Показано, что присутствие иона [Pd(NH3)4]2+ в смеси индуцирует восстановление ионов Mo7O246–. Восстановителями является аммиак in statu nascendi и палладий. Образование твердого раствора проходит через образование металлических фаз – палладия и молибдена.

Полный текст

Введение

Совместное выделение двух или нескольких металлов с образованием металлических сплавов представляет как теоретический, так и практический интерес [1]. Актуальной задачей современного материаловедения является получение однофазных биметаллических сплавов как компонентов каталитических материалов. Их синтез включает в себя различные методики, схемы и оригинальные синтезы, способствующие получению новых высокоэффективных катализаторов [1, 2].

Биметаллические порошки на основе благородных металлов являются основными компонентами гетерогенного катализа, основанного на комбинированном действии различных металлов в химическом превращении [3, 4], где благородные металлы являются активными участниками, а неблагородные, взаимодействуя с ними, изменяют свойства поверхности, улучшая каталитическую активность и повышая селективность и др. [5].

Катализаторы типа Pd–Mo рассматриваются в литературе для многих реакций, имеющих практическое значение [6–12], например, удаление NOx в автомобильных выхлопах [13]. Так, Ганди с сотр. [14] были одними из первых, кто использовал молибден в качестве промотирующего компонента в автомобильных трехкомпонентных катализаторах [15, 16].

По нашему мнению, наиболее простым и надежным методом получения биметаллических сплавов на основе палладия как составляющих катализатора является термолиз соответствующих соединений-предшественников.

Термолиз индивидуального [Pd(NH3)2Cl2] на воздухе или в инертной атмосфере завершается образованием металлического палладия [17]. В отношении термического разложения различных молибдатов аммония, полного согласия в описании стадийности и промежуточных продуктов, образующихся при их разложении, еще не достигнуто. В литературе имеются некоторые расхождения относительно промежуточных продуктов, образующихся при термическом превращении (NH4)6Mo7O24·4H2O, которое протекает в несколько стадий. Многие авторы отмечают, что при высоких температурах в присутствии образующихся оксидов, выделяющийся аммиак может окисляться [18–21].

Изучая термолиз двойной комплексной соли [Pd(NH3)4]MoO4 в инертной атмосфере (He) и водородсодержащей (43 об% H2 + 57 об% He) смеси Губанов с сотр. [22], показали, что соединение термически устойчиво до 170 и 106°C соответственно. В инертной атмосфере в интервале температур 369–403°C образуется смесь MoO2 и мелкодисперсного палладия, в водородсодержащей смеси в интервале 153–411°С диоксид молибдена восстанавливается водородом до металла с образованием твердого раствора Pd1–xMox.

Ранее мы показали [23–25], что продукт взаимодействия смеси [Pt(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pt:Mo = 12:7) в атмосфере аргона при 550°С представлен единственной фазой – твердым раствором PtxMoy [25]. Настоящая работа является продолжением наших систематических исследований взаимодействия комплексных аммиакатов палладия(II)/платины(II) c аммонийными солями оксометаллатов элементов IVB группы. Цель ее – изучение термолиза смеси [Pd(NH3)4]Cl2 и (NH4)6Mo7O24·4H2O (Pd:Mo = 12:7)1, анализ продуктов для установления возможности восстановления гептамолибдат-иона в присутствии ионов [Pd(NH3)4]2+ в инертной атмосфере.

Результаты и обсуждение

Для уточнения информации по термолизу (NH4)6Mo7O24·4H2O в аргоне нами были получены собственные данные в интервале температур от 50 до 550°С. На рис. 1 приведены термограмма рассматриваемого соединения и масс-спектры продуктов газовой фазы при нагревании в атмосфере аргона до 550°С.

 

Рис. 1. Термограмма (NH4)6Mo7O24·4H2O в атмосфере аргона (а) и масс-спектры образующейся газовой фазы (б).

 

Термогравиметрический анализ (ТГА) показал три хорошо разделенные стадии уменьшения массы с минимумами на кривой ДТГ (213.3, 241.1, 302.9°С), сопровождающиеся эндотермическими эффектами, отмеченными на кривой ДСК практически при тех же температурах (217.6, 244.6, 306.3°С). Слабый экзоэффект без потери масс зафиксирован при 307°С (рис. 1а).

На первой стадии термолиза (50–230°С) убыль массы составляет 5.5% (вычислено Δmтеор = 5.7%), что соответствует удалению двух молекул воды и двух молекул аммиака, присутствие которых в продуктах газовой фазы подтверждается данными масс-спектрометрии (рис. 1б). Следовательно, процесс дегидратации (NH4)6Mo7O24·4H2O в инертной атмосфере протекает одновременно с началом термодеструкции и начинается при температуре выше 200°С.

На второй стадии термолиза (230–300°С) процессы дегидратации и деструкции продолжаются с эндотермическим характером и имеют максимум на кривой ДСК при 244.4°С. Потеря массы на данной стадии составляет 2.5% (вычислено Δmтеор = 2.8%) и соответствует удалению молекул воды и аммиака, сигналы которых зафиксированы в указанном интервале температур (рис. 1б).

Третья стадия термолиза (300–550°С) на кривой ДСК описывается мощным эндотермическим эффектом с максимумом при 302.9°С и незначительным экзотермическим эффектом при 307°С, отвечающим полной термодеструкции (NH4)6Mo7O24·4H2O. Согласно данным масс-спектрометрии, на данной стадии фиксируется максимальное количество продуктов газовой фазы (рис. 1б), при этом теряется 7.7% исходной массы (Δmтеор = 7.7%), что соответствует удалению 2.5 молекул воды и 3 молекул аммиака.

Вероятно, экзотермический эффект может быть связан с процессами формирования и частичного восстановления оксидов молибдена, выделяющимся аммиаком по уравнению (1):

3MoO3 + 2NH3↑ → 3MoO2+ N2↑ + 3Н2О↑. (1)

Эти два предположения подтверждаются появлением сигнала азота (m/z = 28) в масс-спектре, которое наблюдалось уже при 213.3°С. Образование азота может свидетельствовать о том, что самовосстановление (NH4)6Mo7O24·4H2O не связано ни с одной из трех стадий, а «размазано» по всему температурному диапазону.

Общая потеря массы составила 15.6% (Δmтеор = 16.2%). Масса твердого остатка – 84.4% (Δmтеор = 83.8%). Содержание молибдена в (NH4)6Mo7O24× 4H2O – 54.4%. Остаточная масса в пересчете на MoO3 составляет 81.6%. По данным термического анализа, брутто-формула твердого продукта может быть представлена формулой Mo7O22.5H3 (MoO3·3/2H2O). Экспериментальное значение массы твердого остатка (84.3%) несколько больше, чем вычисленное для MoO3 (81.6%), вероятно, температуры 550°С недостаточно для полного удаления воды. По данным РФА, конечный твердый продукт термолиза при 550°С представлен единственной фазой – MoO3 (ICDD 05-0508).

Принимая во внимание, что влияние кристаллической структуры и реакционной среды на процессы удаления аммиака и дегидратации (NH4)6Mo7O24·4H2O осложняется полиморфным фазовым превращением, характерным для аммонийных солей, стадии удаления NH3 и Н2О в общем случае обратимы. Однако при высоких температурах особенно в присутствии образующихся оксидов молибдена часть NH3 может окисляться, поэтому конечный состав образующихся летучих соединений может зависеть от эффективного контакта между газообразными и твердыми продуктами в ходе реакции.

Термолиз (NH4)6Mo7O24·4H2O в аргоне до 550°С в настоящей работе можно описать общим уравнением реакции (2):

(NH4)6Mo7O24 4H2O → → 7MoO3 (3/2H2O) + 6NH3 + 11/2H2O. (2)

Термолиз смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pd:Mo = 12:7 или 63:37 ат%) в атмосфере аргона в интервале температур 50–600°C протекает в шесть стадий, сопровождающихся эндо- (230, 258, 307, 320, 338°С) и экзотермическим (370°С) эффектами (рис. 2). Отметим, что для смеси [Pt(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pt:Mo = 12:7) мы наблюдали только эндоэффекты [25].

 

Рис. 2. Термограмма смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pt:Mo = 12:7) в атмосфере аргона (а) и масс-спектры образующейся газовой фазы (б).

 

Термическое превращение смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 начинается после 200°С, также как и в случае [Pt(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24, что связано с термической устойчивостью (NH4)6Mo7O24·4H2O. В табл. 1 приведены данные термического анализа смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pd:Mo = 12:7) и предполагаемые брутто-составы промежуточных продуктов газовой и твердой фазы.

 

Таблица 1. Данные термического анализа смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pd:Mo = 12:7) и предполагаемые брутто-составы промежуточных твердых продуктов и газовой фазы.

№ стадии

Т, °С

Тэф, °С

Δm, %

m/формула

Брутто-формула

ДТГ

ДСК

эксп.

выч.

газовая фаза

твердая фаза

1

190–260

–232

–256

–230

–258

4.3

4.5

17/NH3

18/H2O

8NH3

3H2O

Pd12Mo7H146N46O25Cl24

2

260–330

–304

–232

–307

–320

21.5

21.5

17/NH3

18/H2O

28/N2

26NH3

16H2O

6N2

Pd12Mo7H36N8O9Cl24

ΣΔm1–2

25.8

26.0

   

3

330–400

–340

–338

29.9

24.0

18/H2O

28/N2

36/HCl

6H2O

N2

24HCl

Pd12Mo7N6O3

ΣΔm2–3

55.7

50.0

   

4

400–600

–

517

2.1

2.0

28/N2

3N2

Pd12Mo7O3

ΣΔm3–4

57.8

52.0

   

Масса твердого остатка

42.2

48.0

   

 

Незначительная потеря массы 4.3% (Δmвыч = 4.5%), соответствующая удалению 8 молекул аммиака и 3 молекул воды, наблюдается на кривой ДТГ при 232 и 256°C и сопровождается двумя эндоэффектами на кривой ДСК с минимумами при 230 и 258°C соответственно. Эти данные указывают на сложный двухступенчатый характер процесса, что подтверждается сложным профилем пиков на кривой ДТГ.

Далее в интервале температур 260–330°C на кривой ТГ наблюдается резкая потеря массы 21.5% (Δmвыч = 21.5%), соответствующая удалению 26 молекул аммиака, 16 молекул воды и 6 молекул азота и сопровождающаяся сопряженным эндоэффектом с двумя температурными минимумами (307, 320°C).

В температурном интервале 330–400°C на кривой ДСК фиксируется интенсивный эндотермический эффект с минимумом при 338°C, сопровождающийся высокой (5.51%/мин) скоростью потери исходной массы с минимумом при 340°C на кривой ТГ. Потеря составляет 29.9% (Δmвыч = 24.0%) и соответствует удалению 24 молекул HCl, 6 молекул воды и молекулы азота. Появление этих сигналов в спектрах продуктов газовой фазы может указывать на преимущественное разложение соли палладия и его полное восстановление на этой стадии (ΔH = 433.5±13 Дж/г). Суммарная потеря массы на второй и третьей стадиях составляет 55.7% (Δmвыч = 50%) и сопровождается поглощением большого количества тепла (ΔH = 1157 Дж/г). Такой большой тепловой эффект может быть связан с образованием новых связей и продуктов в твердой и газовой фазе.

В рассматриваемом температурном диапазоне в газовой фазе фиксируются сигналы оксидов азота NO (m/z = 30), N2O (m/z = 44) и NO2 (m/z = 46), появление которых, возможно, связано с окислением выделяющегося аммиака в газовой фазе следовыми количествами кислорода в аргоне. На участие кислорода в протекающих процессах указывает и снижение значений ионного тока в масс-спектре для частицы с m/z = 32 в этом же температурном диапазоне.

На заключительной стадии в интервале 400–600°C наблюдается выделение незначительного количества тепла (ΔH = –20.83 Дж/г), что отмечено пиком с максимумом при 517°С на кривой ДСК и незначительным уменьшением массы на 2.1% (Δmвыч = 2.0%), соответствующим удалению 3 молекул азота, присутствие которого в продуктах газовой фазы указывает на продолжающееся восстановление в процессе термолиза.

Общая потеря массы образца составляет 57.8% (Δmвыч = 52.0%), масса твердого остатка – 42.2% (Δmвыч = 48.0%). Содержание металлов в смеси составляет 46.5%. По данным термического анализа, брутто-состав конечного твердого продукта можно представить брутто-формулой Pd12Mo7O3, которую можно выразить составом 12Pd + 6Mo + MoO3. Меньшее значение экспериментальной массы остатка по сравнению с вычисленным может быть связано с частичным переходом MoO3 в газовую фазу, поскольку при температурах выше 500°С, по данным Gmelin, начинается его возгонка [26].

По данным РФА продуктов термолиза смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pd:Mo = 12:7), промежуточный твердый продукт при 230°C представлен двумя фазами – (NH4)2Mo4O13 и trans-[Pd(NH3)2Cl2], тогда как в смеси [Pt(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 в указанном температурном интервале мы также наблюдали деструкцию с удалением воды и аммиака, но, к сожалению, состав твердого продукта определить не удалось [25].

Интересно отметить, что продукт, полученный при 256°C, по данным РФА, представлен тремя фазами: (NH4)2Mo4O13, Pd1–xMox и Mo. Присутствие последнего не противоречит данным работ [27, 28], в которых показано, что при повышении температуры немного выше 200°С в присутствии аммиака MoO3 может частично восстанавливаться до MoO2 и Mo. Следует отметить, что сигналы азота (m/z = 28) в масс-спектрах продуктов газовой фазы при термолизе (NH4)6Mo7O24·4H2O мы наблюдали во всем температурном диапазоне, тогда как в случае смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 они появились только при температуре выше 250°C. Это может указывать на процессы восстановления молибдена выделяющимся аммиаком в присутствии иона [Pd(NH3)2]2+.

Полученные при 307 и 320°C промежуточные твердые продукты представлены аморфными фазами оксидов молибдена и твердым раствором Pd1–xMox. Отметим, что в смеси [Pt(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 продукт, полученный при 278°С, содержит одну фазу – твердый раствор Pt1–xMox. Промежуточный твердый продукт, полученный при 340°C, представлен двумя фазами – твердым раствором Pd1–xMox и MoO3.

По данным РФА, конечный твердый продукт, полученный в аргоне при 550°C, представлен двумя фазами – твердым раствором Pd1–xMox (а = 3.8941 Å)и MoO3, что хорошо согласуется с данными термического анализа, тогда как в смеси с платиной продукт представлен только твердым продуктом – Pt1–xMox.

На рис. 3 представлено наложение дифракционных спектров палладия, полученного нами в ходе термического разложения исходного [Pd(NH3)4]Cl2, и промежуточных продуктов термолиза смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pd:Mo = 12:7) при разных температурах.

 

Рис. 3. Данные РФА палладия и продуктов термолиза смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pd:Mo = 12:7).

 

Смещение пиков в сторону меньших углов свидетельствует об увеличении параметра элементарной ячейки согласно правилу Вегарда, так как атомный радиус Mo (r = 139 пм) больше радиуса Pd (r = 137 пм), что согласуется с литературными данными для систем Pd–Mo [12, 29]. Это также может указывать на то, что в процессе термолиза смеси часть молибдена восстанавливается, образуя твердый раствор на основе палладия. Молибден, не вошедший в состав твердого раствора, присутствует в продуктах в виде оксида молибдена. Следовательно, по результатам проведенных исследований, процесс термолиза смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pd:Mo = 12:7) в твердой фазе в инертной атмосфере в интервале температур от 50 до 550°C может быть описан уравнением (3):

12[Pd(NH3)4]Cl2 + (NH4)6Mo7O24·4H2O → 12Pd + 6Mo + MoO3 + 19N2↑ + 32NH3↑ + 25H2O↑ + 24HCl↑. (3)

Выводы

Подводя итоги, можно сказать, что при термолизе индивидуального (NH4)6Mo7O24·4H2O в инертной атмосфере может иметь место незначительное самовосстановление, на что указывает присутствие азота (m/z = 28) в масс-спектре продуктов газовой фазы во всем температурном диапазоне, однако, по данным РФА, процесс заканчивается образованием MoO3.

При термолизе смесей [Pd(NH3)4]Cl2/[Pt(NH3)4]Cl2 и (NH4)6Mo7O24 (Pd/Pt:Mo = 12:7) в атмосфере аргона имеет место восстановление ионов Mo7O246– в присутствии [Pd(NH3)4]2+/[Pt(NH3)4]2+, которые индуцируют2 [30] восстановление ионов Mo7O246– аммиаком in statu nascendi и образующимся палладием/платиной при относительно невысоких температурах, что способствует образованию биметаллической фазы. Конечный твердый продукт термолиза смеси [Pd(NH3)4]Cl2/[Pt(NH3)4]Cl2 и (NH4)6Mo7O24 (Pd/Pt:Mo = 12:7) представлен твердым раствором Pd1–xMox и MoO3, тогда как продукт смеси термолиза [Pt(NH3)4]Cl2/[Pt(NH3)4]Cl2 и (NH4)6Mo7O24 (Pt:Mo = 12:7) представлен единственной фазой – PtxMoy.

Одинаковые продукты в твердой (Pd1–xMox и PtxMoy) и газовой фазе (NH3, H2O, HCl и N2) указывают на аналогию протекания реакция смесей [Pd(NH3)4]Cl2–[Pt(NH3)4]Cl2 c (NH4)2Mo6O24·4H2O. Присутствие в продуктах газовой фазы азота (m/z = 28) может означать, что при взаимодействии смесей [Pd(NH3)4]Cl2/[Pt(NH3)4]Cl2 c (NH4)2Mo6O24·4H2O имеет место процесс восстановления металлов, на что указывает формирование биметаллических твердых растворов, содержащих благородный и неблагородный металлы. В качестве восстановителя выступает аммиак in statu nascendi, первоначально инициирующий восстановление палладия/платины, которые далее в присутствии аммиака индуцируют восстановление ионов Mo7O246– с образованием биметаллического сплава, т. е. восстановление неблагородного тугоплавкого металла облегчается присутствием благородного металла.

Присутствие MoO3 в конечном продукте, можно объяснить некоторой незавершенностью процесса восстановления иона Mo7O246– иона, поскольку он сопряжен с диффузионными затруднениями и протекает не на всю глубину зерна.

Полученные результаты могут быть положены в основу приготовления биметаллических материалов, например, гетерогенных катализаторов на основе палладия, которые применяются в неорганических и органических реакциях в химической промышленности.

Экспериментальная часть

В качестве исходных соединений использовали [Pd(NH3)4]Cl2, синтезированный из дихлорида палладия (Pd = 59.903%, ТУ 2625-058-00196533-2002, ОАО «Красцветмет» им. В. Н. Гулидова) по методике [31] и коммерческий препарат (NH4)6Mo7O24·4H2O (ЧДА, ГОСТ 3665-78, Реахим). Смесь гомогенизировали в выпарительной чашке и сушили до постоянной массы при температуре 100–110°С.

Термический анализ выполняли на приборе синхронного термического анализа STA 449С Jupiter (NETZSCH), совмещенном с масс-спектрометром QMS 403 С Aeolos. Навеску смеси помещали в корундовый тигель и нагревали со скоростью 10 град/мин в токе аргона (40 мл/мин). Точечные эксперименты для получения твердых промежуточных продуктов при температурах, соответствующих эндо- и экзоэффектам на термограммах, и изучение фазового и химического состава проводили в проточном кварцевом реакторе при скорости нагрева 10 град/мин в токе аргона 40 мл/мин.

Фазовый состав полученных образцов при различных температурах снимали на порошковом дифрактометре ARL X’TRA (Termo Fisher Scientific, США) с использованием монохроматического излучения CuKαc с длиной волны 1.54056 Å и линейной коррекцией длины волны 1.54433 Å (сканирование с шагом 2°, время набора импульсов – 3 с, интервал углов 2θ = 5−80°). Для идентификации образовавшихся фаз проводили рентгенофазовый анализ с использованием автоматизированной базы данных PCPDFWIN PDF2. Параметры элементарной ячейки уточняли с помощью программы DICVOL04 [33].

Благодарность

Работа выполнена с использованием оборудования Центра коллективного пользования Российского технологического университета МИРЭА, получившего поддержку Министерства науки и высшего образования Российской Федерации в рамках соглашения № 075-15-2021-689 от 01.09.2021 г.

Конфликт интересов

Авторы заявляют об отсутствии конфликтов интересов.

 

1 Соотношение металлов в смеси Pd:Mo/Pt:Mo = 12:7 соответствует 63:37 ат%, поскольку максимальная растворимость молибдена в палладии – 39 ат%, в платине – 40 ат% [16].

2 Метод восстановления, индуцированный благородными металлами (NMIR).

×

Об авторах

Е. В. Фесик

МИРЭА – Российский технологический университет; Российский химико-технологический университет имени Д. И. Менделеева

Автор, ответственный за переписку.
Email: 1707-fesik@mail.ru
Россия, 119571, Москва; 125047, Москва

Е. В. Гусева

Казанский национальный исследовательский технологический университет

Email: 1707-fesik@mail.ru
Россия, 420111, Казань

Список литературы

  1. Эллерт О.Г., Цодиков М.В., Николаев С.А., Новоторцев В.М. // Усп. хим. 2014. Т. 83. № 8. С. 718; Ellert O.G., Tsodikov M.V., Nikolaev S.A., Novotortsev V.M. // Russ. Chem. Rev. 2014. Vol. 83. N 8. P. 718. doi: 10.1070/RC2014v083n08ABEH004432
  2. Buchwalter P., Rosé J., Braunstein P. // Chem. Rev. 2015. Vol. 115. P. 28. doi: 10.1021/cr500208k
  3. Tang Y., Wei Y., Wang Z., Zhang S., Li Y., Nguyen L., Li Y., Zhou Y., Shen W., Tao F.F., Hu P. // J. Am. Chem. Soc. 2019. Vol. 141. P. 7283. doi: 10.1021/jacs.8b10910
  4. Tang Y., Zhang S., Rawal T.B., Nguyen L., Iwasawa Y., Acharya S.R., Liu J., Hong S., Rahman T.S., Tao F. // Nano Lett. 2020. Vol. 20. P. 6255. doi: 10.1021/acs.nanolett.0c00852
  5. Sankar M., Dimitratos N., Miedziak P.J., Wells P.P., Kiely C.J., Hutchings G.J. // Chem. Soc. Rev. 2012. V. 41. P. 8099. doi: 10.1039/C2CS35296F
  6. Han M., Zhang X., Fan J., Zhao S., Lu L., Xu D., Dai Z. // Chem. Cat. Chem. 2020. P. 1. doi: 10.1002/cctc.202000443
  7. Gupta P., Toksha B., Ruhaman M. // Chem. Rec. 2024. Vol. 24. P. e202300295. doi: 10.1002/tcr.202300295
  8. Dylla A.G., Stevenson K.J. // ECS Trans. 2010. Vol. 33. N 1. P. 1809. doi: 10.1149/1.3484670
  9. Cao C., Yang G., Song W., Ju X., Hu Q., Yao J. // J. Power Sour. 2014. Vol. 272. P. 1030. doi 10.1016/ j.jpowsour.2014.09.049
  10. Dallago R.M., Baibich I.M. // J. Braz. Chem. Soc. 2009. Vol. 20. N 5. 873. doi: 10.1590/S0103-50532009000500011
  11. Kakati N., Maiti J., H. Lee S., Yoon Y.S. // Inter. J. Hydr. Energ. 2012. Vol. 37. N 24. P. 19055. doi 10.1016/ j.ijhydene.2012.09.083
  12. Fathirad F., Mostafavi A., Afzali D. // Inter. J. Hydr. Energ. 2017. Vol. 42. N 5. P. 3215. doi 10.1016/ j.ijhydene.2016.09.138
  13. Tonetto G.M., Ferreira M.L., Damiani D.E. // J. Mol. Catal. (A). 2003. Vol. 193. N 1–2. P. 121. doi: 10.1016/s1381-1169(02)00444-2
  14. Gandhi H., Yao H., Stepien H. // ACS Symp. Ser. 1982. N 178. P. 143.
  15. Cockeram B.V. // Metallurg. Mater. Trans. (A). 2005. Vol. 36. N 7. P. 1777. doi: 10.1007/s11661-005-0042-2
  16. Majumdar S., Sharma I., Samajdar I., Bhargava P. // Metall Mater Trans. 2008. Vol. 39. N 3. P. 431. doi: 10.1007/s11663-008-9152-8
  17. Смирнов И.И., Рюмин А.И., Блохина М.Л. // ЖНХ. 1985. Т. 30. № 12. С. 3139; Smirnov I.I., Ryumin A.I., Blokhina M.L. // J. Inorg. Chem. 1985. Vol. 30. N 12. P. 3139.
  18. Зеликман А.Н. Молибден. М.: Металлургия, 1970. 440 с.
  19. Chithambararaj A., Bhagya Mathi D., Rajeswari Yogamalar N., Chandra Bose A. // Mater. Res. Expr. 2015. Vol. 2. N 5. Art. no. 055004. doi: 10.1088/2053-1591/2/5/055004
  20. Beidunkiewicz A., Krawczyk M., Gabriel-Polrolniczak U., Figiel P. // J. Therm. Anal. Calorim. 2014. Vol. 116. P. 715. doi: 10.1007/s10973-013-3582-5
  21. Thomazeau C., Martin V., Afanasiev P. // Appl. Catal. (A). 2000. Vol. 199. P. 61. doi: 10.1016/s0926-860x(99)00523-2
  22. Gubanov A.I., Filatov E.Yu., Semitut E.Yu., Smolentsev A.I., Snytnikov P.V., Potemkin D.I., Korenev S.V. // Thermochim. Acta. 2013. Vol. 556. P. 100. doi 100-104 10.1016/j.tca.2013.03.036
  23. Фесик Е.В., Буслаева Т.М., Мельникова Т.И., Тарасова Л.С., Лаптенкова А.В. // ЖФХ. 2019. Т. 93. № 6. C. 803; Fesik E.V., Buslaeva T.M., Melnikova T.I., Tarasova L.S., Laptenkova A.V. // Russ. J. Phys. Chem. 2019. Vol. 93. N 6. P. 1011. doi: 10.1134/S0036024419060098
  24. Фесик Е.В., Буслаева Т.М., Мельникова Т.И., Тарасова Л.С. // Неорг. матер. 2018. Т. 54. № 12. С. 1363. doi: 10.1134/S0002337X18120035; Fesik E.V., Buslaeva T.M., Melnikova T.I., Tarasova L.S. // Inorg. Mater. 2018. Vol. 54. N 12. P. 1299. doi: 10.1134/S0020168518120038
  25. Фесик Е.В., Буслаева Т.М., Мельникова Т.И., Тарасова Л.С. // ЖОХ. 2020. Т. 90. № 6. С. 929. doi: 10.31857/S0044460X20060133; Fesik E.V., Buslaeva T.M., Melnikova T.I., Tarasova L.S. // Russ. J. Gen. Chem. 2020. Vol. 90. N 6. P. 1020. doi: 10.1134/S1070363220060134
  26. Gmelin S. Handbuch der anoganischen Сhemie, mit 13, system-nummer 53. Berlin, 1935.
  27. Гузеева Т.И., Красильников В.А., Андреев Г.Г., Левшанов А.С., Ворошилов В.А., Макаров Ф.В. // Изв. Томск. политех. унив. 2004. Т. 307. № 2. С. 108.
  28. Орлов В.М., Осауленко Р.Н., Кузнецов В.Я. // Неорг. матер. 2020. Т. 56. № 11. С. 1175. doi: 10.31857/S0002337X2011010X; Orlov V.M., Osaulenko R.N., Kuznetsov V.Ya. // Inorg. mater. 2020. Vol. 56. N 11. Р. 1113. doi: 10.1134/S0020168520110102
  29. Sarkar A., Murugan A.V., Manthiram A. // J. Phys. Chem. (C). 2008. Vol. 112. N 31. P. 12037. doi: 10.1021/jp801824g
  30. Sankar M., Dimitratos N., Miedziak P.J., Wells P.P., Kiely C.J., Hutchings G.J. // Chem. Soc. Rev. 2012. Vol. 41. N 24. P. 8099. doi: 10.1039/c2cs35296f
  31. Синтез комплексных соединений металлов платиновой группы: Справочник / Под ред. И.И. Черняева. М: Наука, 1964. 339 с.
  32. Boultif A., Louer D. // J. Appl. Crystallogr. 2004. Vol. 37. P. 724. doi: 10.1107/S0021889804014876

Дополнительные файлы

Доп. файлы
Действие
1. JATS XML
Скачать
2. Рис. 1. Термограмма (NH4)6Mo7O24·4H2O в атмосфере аргона (а) и масс-спектры образующейся газовой фазы (б).

Скачать (78KB)
Метаданные
3. Рис. 2. Термограмма смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pt:Mo = 12:7) в атмосфере аргона (а) и масс-спектры образующейся газовой фазы (б).

Скачать (100KB)
Метаданные
4. Рис. 3. Данные РФА палладия и продуктов термолиза смеси [Pd(NH3)4]Cl2–(NH4)6Mo7O24 (Pd:Mo = 12:7).

Скачать (37KB)
Метаданные

© Российская академия наук, 2024

Согласие на обработку персональных данных

 

Используя сайт https://journals.rcsi.science, я (далее – «Пользователь» или «Субъект персональных данных») даю согласие на обработку персональных данных на этом сайте (текст Согласия) и на обработку персональных данных с помощью сервиса «Яндекс.Метрика» (текст Согласия).